Наши партнеры
Donstroy.com - У нас здесь можно заказать новостройки кропоткинская.

Г. Клечёнов. "Об одной очень старой мистификации"


Неорганичность для всего творчества М.Ю. Лермонтова приписываемого ему и настойчиво навязываемого даже в школьных учебниках стихотворения "Прощай, немытая Россия" давно уже вызывала сомнения в его подлинности. Но так обычно бывает, что если ложь повторяется много раз, то к ней привыкают и она уже кажется правдой. Так и с этим стихотворением. Его на протяжении нескольких поколений заставляли заучивать в школе, и всем уже стало казаться, что авторство Лермонтова здесь несомненно. От этого навязанного предубеждения очень трудно отвлечься. А ведь, казалось бы, достаточно было просто положить его рядом с другими стихами - и грубость, топорность строк сразу же бросилась бы в глаза. Да и сама история появления этого стихотворения - спустя много лет после смерти "автора" - весьма странная.

И надо было очень захотеть, чтобы всё же приписать это стихотворение Лермонтову, включить в разряд несомненно авторских, сделать одним из немногих обязательных для изучения в школе. И если бы его не приписали Лермонтову, то уж наверняка бы Пушкину.

  
А.С. Пушкин:

К МОРЮ

Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.

Приписывается М. Ю. Лермонтову 

"ПРОЩАЙ, НЕМЫТАЯ РОССИЯ"

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ.
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Обычно литературная мистификация, в отличие от злоумышленной подделки являющаяся просто весёлым розыгрышем, использует в качестве оригинала легко узнаваемое произведение, первые строки которого подвергаются лишь незначительному изменению. Этот приём широко используется также и в жанре пародии, в отличие от которой мистификация всё же предполагает элемент лукавого обмана, чужой подписи.

В последующих строчках автор пародии или литературной мистификации, как правило, далеко отходит от оригинала и поэтому вторые строфы двух стихотворений практически уже не совпадают:

  
Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз

(Пушкин)

Быть может, за стеной Кавказа
Сокроюсь я среди пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей...

В XIX веке литературные мистификации были широко распространены и представляли собой модную салонную игру. Выдавать своё оригинальное произведение или стилизацию за чьё-то чужое или неведомого автора было весёлым писательским розыгрышем. Именно таким было приписывание М.Ю. Лермонтову этого стихотворения. Но впоследствии оно было широко распропагандировано уже в совершенно других целях русофобскими идеологами и из мистификации превратилось в фальсификацию на заданную тему.

ОТ РЕДАКЦИИ.

Стихотворение "Прощай, немытая Россия" впервые всплыло в письме П.И. Бартенева к П.А. Ефремову 9 марта 1873 года с примечанием - "списано с подлинника". В 1955 году было опубликовано письмо того же Бартенева к Н.В. Путяте, написанное не позднее 1877 года (год смерти Путяты) с аналогичной припиской: "с подлинника руки Лермонтова". В 1890 году тот же Бартенев публикует еще один вариант этого стихотворения (во всех трёх случаях есть разночтения) в издаваемом им журнале "Русский архив" с примечанием на этот раз - "записано со слов поэта современником". За три года до этого П. Висковатов опубликовал в журнале "Русская старина" без указания на источник эту же бартеневскую версию с изменением лишь одного слова - "вождей" (№ 12, 1887). Автограф, на который ссылался в письмах Бартенев, разумеется, не сохранился. Более того, профессиональный историк, археограф и библиограф потому-то так ничего и не сообщил нигде об этом автографе: где он его видел, у кого он хранится и т.д. Для человека, посвятившего всю жизнь отысканию и публикации неизвестных материалов и литературно-биографических документов о русских писателях, такое непрофессиональное умалчивание адреса источника - "подлинника, руки Лермонтова" - вещь просто загадочная.

Таким образом, во всех случаях, кроме одного, где источник не назван, мы имеем дело с одним и тем же человеком - П.И. Бартеневым. И каждый раз мы встречаем серьёзные противоречия: в письмах он ссылается на неведомый автограф, а в публикации уже более осторожно указывает на "феноменальную память" неведомого современника, спустя полвека позволившую воспроизвести этот "неведомый шедевр".

Логично поинтересоваться: кто же он, этот единственный источник вдруг всплывшего спустя десятилетия после гибели поэта странного стихотворения!

Бартенев Пётр Иванович родился в октябре 1829 года, и в момент убийства Лермонтова ему было всего 11 лет. Среди его сочинений ряд книг и статей о Пушкине ("Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П.И.Бартеневым в 1851- 1860 гг." и др.) В 1858 году именно он передал А.И. Герцену сенсационные "Записки Екатерины II", опубликованные последним в Лондоне в 1859 году. С 1863 года он издаёт в течение полувека журнал "Русский архив", специализируясь на публикации неизвестных документов о русских писателях. Однако по отзыву "Краткой литературной энциклопедии", "многочисленные публикации Бартенева в археографическом и текстологическом отношении стояли на недостаточно высоком уровне". И это еще мягко сказано. Сотрудничество с Герценом и его бесцензурной прессой характеризует общественно-политическую позицию П.Бартенева. Накал политических страстей и потребностей поры на авторитет признанных всем обществом национальных поэтов требовал именно таких разоблачительных документов. А спрос, как известно, рождает предложение, и если у профессионального публикатора, посвятившего жизнь изданию специализированного для этих целей журнала, нет под рукой нужного материала, то для поддержания интереса к своему журнала, дла спасения тиража чего не сделаешь? Бартенев был хорошо знаком с творчеством Пушкина, симпатизировал разоблачительной пропаганде, набил руку на "сенсационных открытиях" и на публикации их. Написал восемь дубоватых строчек, хоть и с трудом, с помощью заимствований у Пушкина, - это было ему вполне по силам. А риска не было никакого. Разоблачённая, такая грубая мистификация не грозила ему ничем, кроме смеха и общественного внимания. Но вряд ли сам Бартенев ожидал, что этот розыгрыш будет иметь такие последствия.

Интересно, что составители собрания сочинений М.Ю.Лермонтова (1961 год) довольно остроумно прокомментировали это стихотворение. Не имея возможности (по понятным причинам) открыто разоблачить эту мистификацию, превращённую спекулянтами в фальшивку, они в комментарии к нему вклеили факсимиле подлинника М.Ю.Лермонтова "Родина" (т.1, стр. 706). И в самом деле, ничто лучше не разоблачает подделку, чем сопоставление её с подлинником. Однако, если очень нужно, то можно и не видеть подлинника и упрямо твердить бездарную подделку. Хотя даже непрофессионалу ясно, что Лермонтов и эта подражательная мазня ничего общего не имеют.

1994 год.

© 2000- NIV