Лермонтовская энциклопедия
Статьи на букву "Г" (часть 3, "ГОС"-"ГЮН")

В начало словаря

По первой букве
0-9 A-Z А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "Г" (часть 3, "ГОС"-"ГЮН")

"ГОСТЬ" («КАК ПРОШЛЕЦ ИНОПЛЕМЕННЫЙ»)

«ГОСТЬ» («Как прошлец иноплеменный»), стих. Л. (1830), один из ранних опытов в жанре баллады. Традиц. мотив неразделенной любви, таинств. появление несчастного влюбленного (ставшего чернецом) в доме возлюбленной, трагич. финал - все это варьирует мотивы баллад В. А. Жуковского, особенно «Пустынника» (1813), представляющего собой пер. одноим. стих. О. Голдсмита. «Гость» сопоставлялся также с «Зимней дорогой» и «Утопленником» (оба 1828) А. С. Пушкина (Б. Нейман, П. Владимиров), к к-рым он близок ритмически. В отличие от более ранних стих. «Баллада» («Над морем красавица-дева сидит») или «Перчатка», «Гость» производит впечатление первонач. и малоудачного наброска (искусственность в развитии сюжета, неровности в стиле и рифмовке). Возможно, в этом сказались трудности, к-рые ранний Л. испытывал в овладении нар.-поэтич. (в т.ч. языковым) материалом.

Автограф - ИРЛИ, тетр. VI. Впервые - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, с. 109-10. Датируется летом 1830 по положению в тетради.

Лит.: Нейман (1), с. 75-77; Гаркави (2), с. 277-79; Пейсахович (1), с. 468-69.

"ГОСТЬ" («КЛАРИСУ ЮНОША ЛЮБИЛ»)

«ГОСТЬ» («Кларису юноша любил»), баллада Л., оригинальная обработка распространенного в преромантич. и романтич. лит-ре (напр., романы Ф. Шиллера «Духовидец», 1789, и М. Г. Льюиса «Монах», 1796) и фольклоре сюжета о женихе-мертвеце, преследующем изменившую возлюбленную. Возможно, осн. источником стих. Л. послужила баллада Г. А. Бюргера «Ленора» (1773) и ее рус. переводы. Но в стих. Л. строфа короче на два стиха, введен мотив появления мертвеца на свадьбе невесты, широко представленный в фольклоре. «Народное предание» о «госте» упоминается в романе «Вадим» (VI, 36). Имена героев, возможно, восходят к «Клариссе» С. Ричардсона, поэмам Оссиана. Исследователи связывают стих. с именами Н. Ф. Ивановой (Б. Эйхенбаум, А. Гаркави), В. А. Лопухиной (И. Андроников).

Стих. иллюстрировал В. Д. Замирайло. Автограф - в б-ке Колумбийского ун-та (США); заглавие и 6 строк воспроизведены в каталоге антикварной фирмы «Karl und Faber» (Мюнхен, 1951). Копия - ИРЛИ, оп. 2, № 64. Впервые - «РС», 1882, № 8, с. 389-390. Датируется предположит. 1-й пол. 30-х гг. (ЛАМ, т. 1, с. 710) и 1835 (Л., Собр. соч., т. 1, 1964, с. 639).

Лит.: Эйхенбаум (6), с. 327-28; Гаркави (2), с. 279-81; Андроников (13), с. 204-05; Пейсахович (1), с. 460.

ГОФМАН ЭРНСТ ТЕОДОР АМАДЕЙ

ГОФМАН (Hoffmann) Эрнст Теодор Амадей (1766-1822), нем. писатель-романтик. В России известен с 20-х гг., им увлекались В. Ф. Одоевский, Н. А. Полевой, Н. В. Гоголь, участники кружков А. В. Станкевича и А. И. Герцена. В рус. лит-ре этого времени связь с Г. выражалась не столько в заимствовании конкретных мотивов, сколько в сходной трактовке таких актуальных тем, как роль иск-ва и художника в об-ве, лишенном духовных интересов, враждебная человеку сила денег, жизнь гор. низов и т.д. Сатирич. фантастика, переплетенная с реальностью, - отличит. признак стиля Г. - развивалась в рус. лит-ре в значит. степени самостоятельно.

Находясь под арестом за дуэль с Э. Барантом, Л. читал Г. (см. письмо В. Г. Белинского В. П. Боткину от 15 марта 1840 - XI, 496). В лит-ре были попытки установить связь с Г. фантастич. эпизодов в неоконч. повести «Штосс», герой к-рой, художник Лугин, имеет отдаленное сходство с «артистич. натурами» у Г. Встречается у Г. и мотив оживающего портрета. Указывалось также, что таинств. карточная игра в «Штоссе», а также проигрыш жены в «Тамбовской казначейше», возможно, связаны с новеллой Г. «Счастье игрока» («Spielerglück», 1819), к-рая ввела в лит-ру 19 в. тему одержимости карточным азартом, сбросив с нее мистич. ореол и обнажив своекорыстные источники страсти. Однако мотив роковой роли карт, как и сочетание обыденности и «чертовщины», появился в рус. лит-ре до Л. (А. С. Пушкин, Гоголь, писатели-романтики). Развивая эти мотивы, а подчас и пародируя их (в «Тамбовской казначейше»), Л. мог перенять и тот гофмановский элемент, к-рый участвовал в их формировании.

Лит.: Семенов (2), с. 385-92; Родзевич (2), с. 103-110; Шувалов (1), с. 325-26; Морозов П., Э. Т. А. Гофман в России, в кн.: Гофман Э. Т. А., Избр. соч., т. 1, М. - П., 1923, с. 39-45; Левит Т., Гофман в рус. лит-ре, в кн.: Гофман Э. Т. А., Собр. соч., т. 6, М., 1930, с. 336-57; Федоров (1), с. 190-92, 222; Федоров (2), с. 283-84; Нейман Б. В., Фантастич. повесть Л., «Науч. доклады высшей школы. Филологич. науки», 1967, № 2, с. 14-24; Ботникова А. Б., Э. Т. А. Гофман и рус. лит-ра, Воронеж, 1977; Passage Ch. E., The Russian Hoffmannists, The Hague, 1963, p. 186-92; Mersereau J., Lermontov\'s «Stoss»: hoax or literary credo?, «Slavic review», v. 21, № 2, 1962, p. 282-87; Ingham N. W., E. T. A. Hoffmann\'s reception in Russia, Würzburg, 1974, p. 251-60; Житомирская З. В., Э. Т. А. Гофман, Библиография рус. переводов и критич. лит-ры, М., 1964.

"ГОШПИТАЛЬ"

«ГОШПИТАЛЬ», см. Юнкерские поэмы.

ГРАББЕ ПАВЕЛ ХРИСТОФОРОВИЧ

ГРАББЕ Павел Христофорович (1789-1875), в молодости член Союза благоденствия; ген.-адъютант, командующий войсками на Кавк. линии и в Черноморье (1838-42). В июне 1840 Г. определил Л. в «Чеченский отряд» А.В. Галафеева. Во 2-й пол. октября Г. сам вступил в командование «Чеченским отрядом», и Л. выполнял его прямые указания в боях с 27 окт. по 6 нояб. (Малая Чечня) и с 9 по 20 нояб. (Большая Чечня). Г. высоко ценил Л. и после экспедиции 1840 принимал его и Л.С. Пушкина у себя дома в Ставрополе. Около 14 янв. 1841 Г. поручил Л., уезжавшему в Петербург, передать письмо А.П. Ермолову. По возвращении из отпуска Л. с ведома Г. был назначен в отряд в Дагестан, но по болезни уехал в Пятигорск. Г. представлял Л. к наградам за храбрость и к обратному переводу в гвардию. Узнав из письма А.С. Траскина от 17 июля 1841 о гибели поэта, Г. отвечал ему: «Несчастная судьба нас, русских. Только явится между нами человек с талантом - десять пошляков преследуют его до смерти» (Висковатый, с. 444).

Граббе Павел Христофорович

П. Х. Граббе. Литография В. Ф. Тимма. 1852.

Портрет Г. на камне (Е. Гейтман) см. в изд.: Альбом Пушкинской выставки... в залах Историч. музея в Москве (1899, л. 51).

Лит.: Семенов Л. П., Новые документы о Л., «Горская мысль», 1922, кн. 3, с. 46; Висковатый, с. 343, 349-50, 355; Висковатый П. А., М. Ю. Л. в действующем отряде ген. Галафеева во время экспедиции в Малую Чечню в 1840 г., «РС», 1884, № 1, с. 83, 85-86; Щеголев, в. 2, с. 100, 124-25, 129-31; Дельвиг А. И., Полвека русской жизни, т. 1, М. - Л., 1930, с. 304-05; Нечаева, с. 17-18, 23, 25-28, 30-33, 35-36, 39-41, 43, 47-48, 50, 61-62; Андреев-Кривич (1), с. 260; Попов А. (2), с. 133, 135-36, 145, 161, 165-66; Андроников (8), с. 202-04; Мануйлов (10), с. 132, 144-45, 148, 159, 161, 173; Вацуро (4), с. 115-25; Недумов, с. 118, 120, 122, 184, 221-25, 241 и др.

ГРАНОВСКИЙ ТИМОФЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

ГРАНОВСКИЙ Тимофей Николаевич (1813-55), рус. историк, проф. Моск. ун-та, представитель «западничества». В письмах высоко оценивал творчество Л.; 27 дек. 1840, ознакомившись со сб. «Стихотворения» (1840), Г. писал А. Е. Кромиде, что в нем есть прекрасные вещи; 24 июня 1841, прочитав в «Москвитянине» стих. «Спор», в письме к той же адресатке отмечал, что Л. - большой талант. Сильное впечатление произвел на Г. «Герой нашего времени». Сообщая сестрам в авг. 1841 о дуэли и смерти поэта, Г. писал, что Л. был единств. человеком в России, способным напомнить А. С. Пушкина. Более ранние отклики Г. на произв. Л. известны в передаче В. Г. Белинского: «пренебрежительные слова» о «Трех пальмах» и «слезы восторга» от «Песни про... купца Калашникова» (XI, 379-380). В нач. 1843 Г. привез Елагиным 8 стих. Л., которые были прочитаны вслух Н. Х. Кетчером и переписаны гостями. Очевидно, Г. переслал затем эти стих. в «ОЗ», где они и появились в № 12 (В. Кулешов).

Соч. Т. Н. Грановский и его переписка, т. 2, М., 1897, с. 128, 192, 198, 202.

Лит.: Калантырская И., Современники о Л., «Огонек», 1964, № 42, с. 17; Калантырская, с. 181, 183; Кулешов В. И., Славянофилы и рус. лит-ра, М., 1976, с. 117; Гиллельсон (3).

ГРАУ КАРЛ ИВАНОВИЧ

ГРАУ Карл Иванович, содержатель гостиницы на почтовой станции Спасская Полисть, расположенной в 9 верстах от Селищенских казарм (см. в ст. Новгород), где был размещен л.-гв. Гродненский гусар. полк. К Г. приезжали офицеры полка, в т.ч. Л., на дружеские пирушки. Здесь Л. написал стих. «К М. И. Цейдлеру».

Лит.: Елец, с. 277; [Арнольди], с. 458, 462-63.

"ГРАФИНЕ РОСТОПЧИНОЙ"

«ГРАФИНЕ РОСТОПЧИНОЙ», стих., к-рое Л. вписал в альбом, подаренный им поэтессе Е.П. Ростопчиной перед отъездом на Кавказ в сер. апреля 1841. Предчувствуя скорую гибель («вечную разлуку»), поэт говорит о том, что связывало его с Ростопчиной в годы ранней молодости, о крушении романтич. иллюзий, «преданий юности», об утрате «цели благородной», о жизни, прошедшей в «бесплодной борьбе».

Ростопчина 27 марта 1841 посвятила Л. стих. «На дорогу»; зная о мрачных предчувствиях поэта, она стремилась его успокоить («И минет срок его изгнанья, и он вернется невредим...»).

Вторая часть стих. Л. - развернутое сравнение, типичное для лирики Л., оно обычно превращается в символич. образ, имеющий относит. самостоятельность. Образ моря художественно завершает встречающиеся у Л. сравнения душевной жизни человека с морскими волнами («Волны и люди», «Для чего я не родился этой синею волной»).

Каждое слово во второй иносказат. части стих. представляет элемент пейзажа и одновременно заключает скрытый внутр. смысл (см. Пейзаж). Две волны «несутся дружно», потому что речь идет о дружбе; вместе с тем это «чета случайная». Случайность привязанностей - особенность совр. поколения (в «Думе»: «И ненавидим мы, и любим мы случайно»); но чета и «вольная», т.е. без к.-л. обязанностей по отношению друг к другу, вольная в том смысле, в каком дорожил свободой Печорин («Я готов на все жертвы, кроме этой... свободы моей не продам», - говорил он о женитьбе). «В пустыне моря» в контексте лермонт. лирики означает «в пустыне жизни», в пустыне света (ср. «За жар души, растраченный в пустыне» - «Благодарность»). В строке «И полны холодом привычным» говорится и о холоде волн, и о холоде человеческих душ как отличит. признаке времени (ср. в «Думе»: «И царствует в душе какой-то холод тайный»). В общем аллегорич. контексте строка «Свой бурный шум, свой блеск заемный» - не только звуковая и внешняя характеристика волн, меняющих свой цвет от освещения, но и косвенное признание собств. участия в светском и жизненном маскараде. «Заемный блеск» здесь подобен тому, о к-ром Л. писал в стих. «Как часто пестрою толпою окружен» («Наружно погружась в их блеск и суету»), это «блеск утомительный бала» (стих. «М. А. Щербатовой»).

Заключит. стих «И ласки вечные свои» содержит характерный для Л. последних лет поэтич. образ, смысл к-рого в том, что гибель героя не предполагает его полного исчезновения («Любовь мертвеца», «Сон», «Выхожу один я на дорогу»). Поэт не хочет примириться с конечностью бытия и связывает свои представления о бессмертии с высшими жизненными ценностями. В стих. говорится не только о предстоящем расставании, но и о разных судьбах Л. и Ростопчиной («Они несут брегам различным»). Ср. со стих. К. Павловой «Графине Ростопчиной» (июль 1841).

Возможно, что В. Г. Белинский располагал списком стих. «Договор», к-рый оканчивался строфою «Так две волны несутся дружно». В письме к В. П. Боткину он писал: «Эта пьеса напечатана не вполне; вот ее конец...», и далее следовала названная строфа (XII, 85). Эти строки могли быть исключены из «Договора» и в дальнейшем составить 2-ю ч. стих. «Графине Ростопчиной».

Автограф неизв. Впервые - сб. «Рус. беседа», т. 2, СПБ, 1841, с. 94. Датируется сер. апреля 1841.

Лит.: Белинский, т. 6, с. 548; т. 12, с. 498; [Ростопчина Е. П., Прим. к стих. «Пустой альбом»], в ее кн.: Стихотворения, т. 2, 2 изд., СПБ, 1857, с. 85; Шувалов (4), с. 264-65; Найдич Э. Э., Иносказательные образы у Л., «Рус. речь», 1976, № 6, с. 27-31; Гиллельсон (2), с. 190-94, 195, 197, 199.

ГРЕЧАНИНОВ АЛЕКСАНДР ТИХОНОВИЧ

ГРЕЧАНИНОВ Александр Тихонович (1864-1956), рус. композитор. По его признанию, начал сочинять романсы в Моск. консерватории, учась у С. И. Танеева, к-рому в 1889 показал первый законченный опыт - «Казачью колыбельную» на стихи Л. «Сочинял с большим увлечением и особенно был рад, что довел сочинение до конца... Мне казалось, что песня, к-рую я с таким жаром и увлечением сочинял, должна понравиться профессору», - вспоминал Г. Несмотря на то, что Танеев отнесся равнодушно к первому опыту своего ученика, романс стал весьма популярным и был издан в Лейпциге (1894). Позднее написаны романсы: «Ангел» («По небу полуночи»), «Когда волнуется желтеющая нива», «Небо и звезды», «Слышу ли голос твой», «Тебе-тебе мой дар смиренный» (вошли в сб.: Гречанинов А. Т., Пять песен на слова Лермонтова, Нью-Йорк, 1931).

Соч. Моя муз. жизнь, Париж, 1934, с. 25.

Лит.: Александров Ю., Страницы жизни, «СМ», 1964, № 10, с. 61.

ГРЕЧ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

ГРЕЧ Николай Иванович (1787-1867), рус. писатель, журналист, издатель журн. «Сын отечества» и (вместе с Ф.В. Булгариным газ. «СП». До 1825 был близок к либеральным кругам. В 30-40-е гг. позиция Г. носила официозный характер и в целом отождествлялась с позицией Булгарина. Тем не менее в обзоре рус. книг 1840 года (журн. «РВ») Г. отнес роман Л. «Герой нашего времени» к числу «превосходнейших произведений нашей литературы вообще»; Г. возражал против мнения о «ложном направлении» романа, отделяя образ Печорина от самого Л., «пламенного, умного, разнообразного, благородного», чему свидетельством был для Г. сб. «Стихотворений» Л. (1840). Близка этому суждению и краткая характеристика Л., включенная Г. в 3-е изд. его кн. «Учебная книга российской словесности» (СПБ, 1844, ч. 4, с. 328; см. также ч. 2, с. 42-49; ч. 3, с. 55, 158-60, 334-36), где в качестве образцов приведены неск. произв. Л. Однако в том же году в кн. «Разбор сочинения, озаглавленного «Россия в 1839 г.» маркиза Кюстина» (1844), написанной по прямому заказу пр-ва (к-рое было задето книгой Кюстина, направленной против росс. самодержавия), Г. присоединился к офиц. т.з. на Л.: «Его смерть - событие весьма горестное, так как с ним ушел в могилу и его блестящий талант, но вся его жизнь доказывает, что правительство было совершенно право, когда удалило его из Петербурга: остается только пожалеть, что стремление к добру не преобладало в его моральном облике, ни в его литературной деятельности».

Соч. Взгляд на произведения лит-ры в 1840 г., «РВ», 1841, т. 1, с. 233-34; Examen de l\'ouvrage de M. le marquis de Custine, intitulé «La Russie en 1839», P., 1844, p. 68.

ГРИБОЕДОВ АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ

ГРИБОЕДОВ Александр Сергеевич [1795 (по др. данным - 1790, 1794) - 1829], рус. драматург и дипломат. Автор комедии «Горе от ума», к-рую Л. мог знать не только по искаженным цензурой изданиям (1833, 1839) и постановкам (с 1831), но и в списках. Цитаты из комедии Г. - в «Княгине Лиговской» (гл. 9) и в «Герое нашего времени» («Княжна Мери», 16 мая, 10 июня); отзвуки «Горя от ума» - в поэме «Сашка» (строфа 51) и особенно - в драме «Странный человек», название к-рой, возможно, восходит к словам Чацкого: «Я странен, а не странен кто ж? / Тот, кто на всех глупцов похож...». Сам Чацкий упоминается в числе внесценич. персонажей драмы (см. сцену 2); дальнейшее развитие в драме Л. получают антикрепостнич. и патриотич. мотивы пьесы Г. Традиции «Горя от ума» своеобразно преломились в драме Л. «Маскарад». Написанная вольным стихом, лирически окрашенным и нередко, как и у Г., принимающим афористич. форму, драма рисует героя в резком противоречии с об-вом; сатирич. портреты лиц петерб. света воссозданы с учетом грибоедовского опыта. Один из персонажей драмы, Шприх, как и Загорецкий в комедии Г., имеет прототипом третьестепенного литератора А. Л. Элькана. Вместе с тем между грибоедовской Москвой и лермонт. Петербургом лежит историч. водораздел - 14 дек. 1825, Арбенин же не только противопоставлен свету, но и сам отравлен им. Недаром заблуждения Чацкого основаны, в сущности, на доверии к Софье, страдания Арбенина - на подозрении невиновной. Презрение героя «Маскарада» к нормам «света» и его протест лишены высоких обществ. идеалов, характерных для Чацкого.

Личность Г. чрезвычайно занимала Л. в последние годы жизни. Сходные жизненные вехи (обучение в Пансионе и Моск. ун-те, служба в гусарах, жизнь на Кавказе), а также ряд общих знакомых (А. И. Одоевский, В. Н. Столыпина, П. Н. Ахвердова и, возможно, Н. А. Грибоедова и А. Г. Чавчавадзе) определили замысел романа Л., героем к-рого должен был стать Г. По сообщению мемуариста, Л. по пути к месту дуэли излагал М. П. Глебову план романа «...из кавказской жизни, с Тифлисом при Ермолове, его диктатурой и кровавым усмирением Кавказа, Персидской войной и катастрофой, среди которой погиб Грибоедов в Тегеране...» (Мартьянов, т. 2, с. 94). Это сообщение, впрочем, вызывает сомнения исследователей [Герштейн (8)].

Лит.: Муравьев А. Н., Знакомство с рус. поэтами, К., 1871, с. 22; Сиповский, с. 32-83; Шувалов (1), с. 308-309; Лернер Н. О., Один из героев Грибоедова и Л., «Ежемес. лит. и популярно-науч. приложения к журн. «Нива» на 1914 г.», т. 1, стлб. 39-56; Яковлев, с. 171-72, 183-87, 194-95, 215-20; Дурылин С. Н., Л.-драматург, «Лит-ра в школе», 1941, № 4, с. 40-43; Нейман (8), с. 451-55; Андроников (8), с. 72-79, 113-14, 162-64, 206-11; Владимирская Н. М., М. Ю. Л. и рус. драматургич. традиция («Маскарад» и «Горе от ума»), «Уч. зап. Великолукского пед. ин-та», 1960, в. 12, с. 33-35; Федоров (2), с. 171-94; Wedel E., Onegin-Pečorin-Čackij..., «Die Welt der Slaven», 1961, Jahrg. 6, H. 4, S. 355-67.

ГРИБОЕДОВА НИНА АЛЕКСАНДРОВНА

ГРИБОЕДОВА Нина Александровна (1812-57), дочь А. Г. Чавчавадзе, с 1828 - жена А. С. Грибоедова. О Г. поэт мог слышать от ее воспитательницы П. Н. Ахвердовой; по предположению И. Андроникова, при отъезде Л. в 1837 в ссылку Ахвердова, жившая тогда в столице, снабдила его рекомендат. письмом к семье Чавчавадзе. Т. о., личное знакомство Л. с Г. могло состояться в окт. - нояб. 1837, когда поэт, служа в Нижегородском драгун. полку, мог посещать семью Чавчавадзе в Тифлисе (полк стоял в Караагаче) или в их имении Цинандали (Кахетия). По преданию, перед отъездом Л. из Грузии Г. подарила ему в знак дружбы кинжал с надписью-девизом, в связи с чем предполагается, что ей посв. стих. «Кинжал». Исследователи (А. Попов) сближают с Г. образ Тамары («Демон»).

Портрет Г. (пастель) работы Дессэна (1839) хранится в Гос. историко-этнографич. музее г. Зугдиди (Грузия); см. в кн.: Андроников (3), с. 13.

Лит.: Андроников И., Неизв. письмо М. Ю. Л., «Огонек», 1949, № 42, с. 15-16; Андроников (8), с. 74-76; Попов А. (2), с. 79-80; За хребтом Кавказа, Тб., 1977, с. 26-30.

ГРИГОРЬЕВ АПОЛЛОН АЛЕКСАНДРОВИЧ

ГРИГОРЬЕВ Аполлон Александрович (1822-64), рус. критик и поэт. В 40-х гг. испытывал сильное влияние творчества Л. в романтич. истолковании, особенно интересуясь «демоническими» образами (что совпало с увлечением Г. мистицизмом и масонством); «демоны» - гл. герои поэм «Олимпий Радин» (1845) и «Предсмертная исповедь» (1846), повестей «Один из многих» (1846) и «Другой из многих» (1847) и стих. 1843-45: «Над тобою мне тайная сила дана», «К Лавинии» («Он вас любил, как эгоист больной»), «Песня духа над Хризалидой» и др. В отд. стихах («К Лавинии») намечается тема преодоления демонизма (ср. Демонизм у Л.). Демонизм у Г. обусловлен не столько губит. воздействием действительности, сколько природной сущностью человека. Воздействие «Мцыри» Л. сказалось в поэме Г. «Предсмертная исповедь» (1846).

Характерная поэтич. тема Г. в сер. 40-х гг. [стихотв. драма «Два эгоизма», 1845, стих. «К Лавинии» («Для себя мы не просим покоя», 1843), «Призрак», 1845, «Прости», 1845] - любовная борьба двух сильных личностей, сознательно ориентированная на лермонт. традицию (по Г., в творчестве Дж. Байрона и Л. изображена «любовь как борьба эгоизмов, любовь-вражда» - «Репертуар и пантеон», 1846, № 11, с. 241). Поэт стремится создать сложные женские образы. Отношение Г. к демонич. характеру двойственно: не принимая эгоизма и гордости, он сочувственно изображает таинственность и страдания героев как признаки глубины и интенсивности жизни. В сер. 40-х гг. влияние другого, «инвективного» Л. отразилось на социально-политич. лирике Г. («Город», 1845 или 1846, «Героям нашего времени», 1845, «Прощание с Петербургом», 1846, «Когда колокола торжественно звучат», 1846). В целом в поэзии Г. по сравнению с лермонтовской (близкой по темам и мотивам) герои более снижены благодаря частому включению в патетич. текст низменно-бытовых ситуаций и слога.

Худож. произв. Г. 50-60-х гг. далеки от лермонт. традиций, однако творчество Л. осталось в центре интересов Г.-критика. Начиная с 1847 и особенно в период участия в «Москвитянине» (1850-56), в связи с приятием христ. и нац.-почвенных, патриарх. идеалов (доброта, простота, спокойствие, здоровье и веселье), Г. усматривает в Печорине и лирич. герое Л. оправдание «страшной» тоски и надменности, «грандиозность и обаятельность зла», отрицательно относится к влиянию Л. на совр. лит-ру, ибо истолковывает «демонических» героев как природных или социально обусловленных эгоистов, - они фаталистически и аморально перекладывают вину на окружение или среду и не желают совершенствоваться. Именно в таком «фатализме» Г. обвинял и «натуральную школу», противопоставляя ей Н. В. Гоголя с его пафосом высокого идеала и нравств. вины. После 1855, с ростом бунтарских настроений («тревожного недовольства»), Г. переоценивает Л., многократно обращаясь к его творчеству. Отд. экскурсы объединены Г. в цикл из трех статей «Лермонтов и его направление» (1862). Здесь акцентируется воздействие эпохи на творчество писателя: герои Л. - выражение протеста против удушающей атмосферы рус. жизни, и в этом сказывается не только влияние байронизма, но и проявление «разинских» черт в рус. характере. Критик подчеркивает активное, героич. начало в образах Л., однако в Печорине усматривает и потенциально комическую сторону, нашедшую воплощение в его лит. «наследниках» («Тамарин» М. В. Авдеева). В духе «почвенничества» Г. считал, что Л. лишь перед смертью повернул «к народности» и что ему, как и Байрону, недоставало позитивного пафоса - христ. нравств. идеала.

Соч. Л. и его направление, Собр. соч., в. 7, М., 1915; Полн. собр. соч. и писем..., т. I, П., 1918; Избр. произв., Л., 1959; Лит. критика, М., 1967 (см. указатель имен); Воспоминания, Л., 1980; Эстетика и критика, М., 1980 (см. указатель); см. также лит. при ст. «Москвитянин».

Лит.: Белинский, т. 9, с. 393, 597-98; Розанов И. (1), с. 252-55; Семенов (5), с. 157-58; Громов П., Ап. Григорьев, в кн.: Григорьев Ап., Избр. произв., Л., 1959, с. 13-18, 47-48; Найдич (3), с. 172-76, 183-85; Соколов А. Н., Л. и судьбы рус. поэмы, «Вест. МГУ. Филология», 1964, № 4, с. 12-16; Филиппов, с. 17-25; Марчик А. П., Ап. Григорьев о М. Ю. Л., «Уч. зап. МГПИ им. Ленина», 1966, т. 248, с. 119-38; Володина Н. В., М. Ю. Л. в критике Ап. Григорьева, «Науч. труды Тюменского ун-та», 1977, сб. 53.

"ГРОБ ОССИАНА"

«ГРОБ ОССИАНА», стих. раннего Л. (1830), в к-ром отразились оссианические (см. Оссиан) увлечения поэта: ср. стих. "Песнь барда", "Наполеон" ("Где бьет волна"), "Желание". Строка "В горах Шотландии моей" напоминает о Георге Лермонте, выходце из Шотландии (см. Род Лермонтовых), потомками к-рого считали себя Лермонтовы. Название могло быть подсказано одноим. стих. Мансурова (альм. «Каллиопа», М., 1817, с. 153-156; перепечатано в изд.: «Избр. соч. и переводы в прозе и стихах», ч. III, М., 1825, с. 195-98).

Стих. иллюстрировал Д. Митрохин. Положил на музыку А. Ф. Гедике.

Автограф - ИРЛИ, тетр. VI. В автографе приписка Л.: «(Узнав от путешественника описание сей могилы)». Впервые - «РС», 1873, т. 7, № 4, с. 562. Датируется летом 1830 по положению в тетради.

Лит.: Дюшен (2), с. 56, 114; Эйхенбаум (5), т. 1, с. 452; Пейсахович (1), с. 432.

"ГРОЗА"

«ГРОЗА», стих. раннего Л. (1830). Как и в др. произв. 1830-31, субъектом элегич. медитации является разочарованный, пессимистически настроенный лирич. герой, а контрастирующим фоном для изображения его психол. состояния - картины одухотворенной природы.

Стих. иллюстрировал В. Г. Капустин. Автограф - ИРЛИ, тетр. VI; копия - там же, тетр. XX. Впервые - «СВ», 1889, № 2, отд. 1, с. 129-30. Датируется по положению в тетр. VI.

"ГРОЗА ШУМИТ В МОРЯХ С КОНЦА В КОНЕЦ"

«ГРОЗА ШУМИТ В МОРЯХ С КОНЦА В КОНЕЦ», юношеское стих. Л. (1830). Тематически и эмоционально примыкает к стих. «Гроза», однако на смену погруженному в себя лирич. герою приходит повествователь, фиксирующий мир как бы со стороны. Соответственно меняется и ритмико-интонац. структура. Близость обоих произв., а также и то, что в тетради Л. текст стих. «Гроза шумит в морях» следует сразу за «Грозой» (на обороте), вызвало предположение, что они составляют единое произв. (см. Висковатый, с. 90). В дальнейшем признано, что это два произв., варьирующие одну тему.

Автограф - ИРЛИ, тетр. VI. Впервые - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, с. 90. Датируется по положению в тетради.

ГРОЗНАЯ

ГРОЗНАЯ, крепость на р. Сунже; ныне - г. Грозный, столица Чеч.-Ингуш. АССР. Г. была сооружена (1818) из земли и дерева и находилась на том месте, где теперь расположен сквер им. А. П. Чехова. Представляла собой правильный шестиугольник, каждая сторона к-рого являлась фронтом для одного батальона. Местность вокруг крепости была обнесена рвом, вырытая из него земля составляла внешнюю стену цитадели в виде вала, примерно в полтора человеческих роста. На востоке через р. Сунжу проходила переправа, усиленная люнетом (опорным укреплением в виде острого угла), ведущая к Ханкальскому ущелью. В 30-х гг. 19 в. вокруг Г. располагались поселения солдат - форштадт. К крепости примыкали четыре чеч. аула. Гарнизон и отряд при крепости составляли св. 3000 солдат и офицеров пех., конных, арт. войск.

Возможно, Л. посетил Г. уже в 1837, когда «изъездил Линию всю вдоль от Кизляра до Тамани» (VI, 440). 18 июня 1840 он был командирован на левый фланг Кавк. линии для участия в экспедиции в отряде А.В. Галафеева, стоявшем в Г. Здесь Л. встретился с Л. С. Пушкиным, А. Н. Долгоруким, Д. П. Паленом, Р. И. Дороховым, М. П. Глебовым Н. А. Жерве, А. А. Столыпиным, С. В. Трубецким, Д. П. Фредериксом, В. Н. Лихаровым. Вместе с отрядом ген. Галафеева Л. участвовал в экспедициях в М. Чечню и Сев. Дагестан (см. Военная служба).

Грозная

Грозная крепость (ныне г. Грозный Чечено-Ингушской АССР). Акварель неизвестного художника.

Л. ненадолго отлучался из Г. в Пятигорск и Ставрополь.

Лит.: Висковатый, с. 341-42; Попов А. В. (2), с. 138-40; Виноградов Б. С., Рус. писатели в Чечено-Ингушетии, Грозный, 1958, с. 38-42; Виноградов Б. С., Чентиева М. Д., М. Ю. Л. и наш край, в кн.: Лермонт. сб., Грозный, 1964, с. 7-95.

ГРУЗИНОВ ИОСИФ РОМАНОВИЧ

ГРУЗИНОВ Иосиф Романович [1812-58(?)], рус. поэт; однокашник Л. в Пансионе в 4-м и 5-м классах (1829). Л. адресовал ему стих. «К Грузинову» (1829), где иронически отозвался о его первых лит. опытах. Предполагалось, что Г. изображен и во втором стих. цикла «Портреты» (1830). В 1830 вышел сб. стихов Г. «Цитра», отличавшийся технич. беспомощностью. В 40-е гг. Г. опубл. два сб. стихов и книгу повестей. Лирика Г., преим. любовные стихи и религ. медитации, носит эпигонский характер (подражание А. С. Пушкину, В. Г. Бенедиктову, В. А. Жуковскому, Л.). Нек-рые его стихи («Портреты», 1842, «Слыхали ль вы старинное преданье», 1849) тематически близки к пансионским стихам Л.; высказывалось предположение, что второй «портрет» цикла «Портреты» имеет в виду Л. В стихах и повестях Г. изображает также «разочарованного» героя-имморалиста, наделяя его резко отрицат. чертами («Портреты», повесть «Асмодей»). К посмертно изд. (1863) автобиографич. повести «Записки покойного Якова Васильевича Базлова» Г. взял эпиграфом стихи Л. «И скучно и грустно».

Грузинов Иосиф Романович

И. Р. Грузинов. Литография. 1863 (?).

Соч. Мечты и звуки поэзии, М., 1842; Отблески поэзии, М., 1849; Были и повести, рассказанные Иосифом Грузиновым, М., 1840.

Лит.: Эйхенбаум (5), т. 1, с. 427, 430; Бродский (5), с. 126-27; Майский (2), с. 240-41, 258; Пешков В., «Муз прилежный обожатель», в кн.: Собеседник..., Воронеж, 1971, с. 246-50.

"ГРУЗИНСКАЯ ПЕСНЯ"

«ГРУЗИНСКАЯ ПЕСНЯ», юношеское стих. Л. (1829); первое его обращение к кавк. фольклору. В автографе - позднейшая приписка Л.: «Слышано мною что-то подобное на Кавказе» (в 1825 Л. был с бабушкой на Сев. Кавказе). Сюжет песни (старый муж убивает жену-изменницу), вероятно, не слишком заинтересовал Л. и использован здесь в несвойственной поэтике Л. однолинейной худож. функции. Существеннее жанрово-стилевые особенности стих., обозначенные в заглавии. В 1829-30, следуя традиции «Еврейских мелодий» Дж. Байрона, «Ирландских мелодий» Т. Мура и, возможно, его же «Народных мелодий» (1818), где каждая «мелодия» имела указание на ее нац. источник, Л. сочинил «Русскую мелодию» и «Русскую песню». При этом он осознает мелодию и песню как разные жанровые формы: первая обладает напевностью, повышенным вниманием к созвучиям (внутр. рифма и др.), вторая отличается изломанностью строфики и ритмико-интонац. рисунка. В «Грузинской песне» ритмика необычна: 4-стопные ямбич. двустишия и одностишия чередуются с 2-стопными и одностопными стихами рефренного типа. По-видимому, именно ритмико-интонац. своеобразие кавк. песни надолго осталось в памяти поэта.

Стих. иллюстрировал А. Корсаков. Положили на музыку Н. Н. Ладыженский, И. А. Памазанский, Э. И. Иваньский, А. Н. Дроздов.

Автограф - ИРЛИ, тетр. II. Впервые стихи 1-13 - «ОЗ», 1859, № 7, отд. 1, с. 21; стихи 13-32 - «Стихотворения М. Ю. Лермонтова, не вошедшие в последнее изд. его соч.», Берлин, 1862, с. 128-29. Полностью - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, с. 44-45. Датируется по положению в тетради.

Лит.: Эйхенбаум (6), с. 327; Чичеров В., Л. и песня, в его кн.: Вопросы теории и истории нар. творчества, М., 1959; Розанов И. (3), с. 29; Андроников (8), с. 381-83.

ГРУЗИЯ

ГРУЗИЯ, ныне Груз. ССР. Материалов о пребывании поэта в Г. немного. Известно, что в апр. 1837 Л. был направлен в Нижегородский драгун. полк, к-рый стоял в Караагаче в Кахетии, но прибыл туда лишь во 2-й пол. октября по Военно-Грузинской дороге. По этой же дороге он возвращался в Россию в конце декабря 1837. Возможно, что прежде Л. побывал в азерб. городах Кубе, Шемахе, Нухе (см. Азербайджан) и уже оттуда вместе с полком прибыл в Караагач. Затем, возможно, ездил в Цинандали.

О жизни Л. в Г. можно судить по его письму, посланному из Г. в кон. 1837 С. А. Раевскому. «...По совести сказать, - писал он, - я бы охотно остался здесь, потому что вряд ли Поселение веселее Грузии. Как перевалился через хребет в Грузию, так бросил тележку и стал ездить верхом; лазил на снеговую гору (Крестовая) на самый верх, что не совсем легко; оттуда видна половина Грузии как на блюдечке, и право я не берусь объяснить или описать этого удивительного чувства: для меня горный воздух - бальзам; хандра к черту, сердце бьется, грудь высоко дышит - ничего не надо в эту минуту; так сидел бы да смотрел целую жизнь» (VI, 441). В письме также содержатся ценные сведения об образе жизни Л. в Г. и на Сев. Кавказе; очень интересно сообщение о том, что «хороших ребят здесь много, особенно в Тифлисе есть люди очень порядочные». Нет сомнения, что Л. имел в виду передовых представителей местной интеллигенции и ссыльных декабристов. В лит-ре высказано предположение о возможном знакомстве Л. с А. Г. Чавчавадзе, Гр. Орбелиани, Н. Бараташвили, Н. А. Грибоедовой - дочерью Чавчавадзе и др. (см. Тифлис).

Одним из богатейших источников лермонт. произв. был груз. фольклор. Задолго до высылки на юг, в 1829, на основе каких-то слышанных на Сев. Кавказе преданий, 15-летний поэт написал «Грузинскую песню» - первый у Л. опыт подражания нар. песне. Богатая природа Г., памятники архитектуры в Тифлисе, Мцхете и др., знакомство с груз. интеллигенцией, местный фольклор - все это оказало особое влияние на творчество Л. Впечатления, полученные в Г., легли в основу мн. произв. - новой ред. «Демона», поэмы «Мцыри», стих. «Тамара», «Свиданье», нек-рых страниц повести «Бэла» и др.

Показательно, что над сюжетом «Мцыри» и «Демона» Л. работал почти всю свою творч. жизнь, но после пребывания в Г. заново их переработал, придав им законченный худож. совершенный вид. Перенеся место действия «Мцыри» в Мцхету (монастырь Джвари), а «Демона» - на берег Арагви, используя местные легенды, поэт создал новые редакции с новыми яркими образами.

Создавая свои «грузинские произведения», Л., по словам В. Г. Белинского, «...заплатил полную дань волшебной стране, поразившей лучшими, благодатнейшими впечатлениями его поэтическую душу» (IV, 175).

Лит.: Семенов (5), с. 65-69; Семенов (6), с. 57-75; Ениколопов, с. 20-33; Шадури В. С. (сост.), Рус. писатели о Грузии, т. 1, Тб., 1948, с. 197-284; Шадури (1), с. 102-108; Попов А. (2), с. 69-89; Андроников (8); Андроников (13), с. 243-334; За хребтом Кавказа, Тб., 1977.

ГУБЕРНАТИС АНДЖЕЛО ДЕ

ГУБЕРНАТИС (Gubernatis) Анджело де (1840-1913), итал. филолог, востоковед-индолог, поэт, фольклорист, публицист. Изучал также культуру слав. народов, много сделал для пропаганды рус. лит-ры в Италии. На страницах журналов, к-рые издавал Г., печатались обзоры рус. лит-ры, переводы из произв. рус. писателей. Г. посвятил Л. небольшой очерк в журн. «La Civiltà Italiana» (1865, № 7), где утверждалась самобытность творчества Л. и независимость его от Дж. Байрона. Очерк послужил как бы предисл. к прозаич. пер. «Демона» (опубл. там же, № 8-10), осуществленному женой Г. - Софьей де Губернатис-Безобразовой (кузиной М. А. Бакунина); она перевела поэму выразит. прозой, близкой оригиналу. Г. писал о Л. в «Биографическом словаре современных писателей» (Firenze, 1879), в предисл. к первой на итал. яз. антологии рус. поэзии «Русские мелодии...» (Lipsia, 1881), изд. Э. Фульком и Д. Чамполи; в эту книгу вошло 9 стих. Л.

В 1883-85 появилась 18-томная «История всемирной лит-ры» Г., 3-й том к-рой посв. истории лирич. поэзии. Л. показан здесь мятежным гением, сходным с Байроном, но самобытным. Подчеркивая влияние поэзии Л. на современников, Г. односторонне оценивал это влияние, утверждая, что его поэзия «порождает чувство отчаяния». Г. - автор прозаич. переложений стихов Л., вошедших в сб. «Цветы русской поэзии» (Firenze, 1884), в предисл. к к-рому он называл Л. «самым чарующим из русских поэтов... вобравшим в свою поэзию все величие печали жизни, особенно жизни русской».

Лит.: Потапова З. М., Русско-итал. лит. связи. Вторая пол. XIX в., М., 1973; Горохова и Ласорса.

ГУБЕР ЭДУАРД ИВАНОВИЧ

ГУБЕР Эдуард Иванович (1814-47), рус. поэт; переводчик «Фауста» И. В. Гёте. Лирич. темы и мотивы, традиционные для романтич. поэзии 30-40-х гг. (конфликт поэта и об-ва, идеальных стремлений и разрушающего их скептицизма, неприятие «существенности»), сближают Л. и Г. Подобно Л., он обращался к демонич. и богоборч. темам («Прометей», 1845). С 1840 в стихах Г. ощущается и прямое воздействие Л.; он пишет ряд вариаций на темы «Думы» Л. («Дума», «Перепутие», оба - 1840; «Расчет», 1843; «Проклятие», 1844, с прямыми реминисценциями), «Не верь себе» Л. («Иным», 1844, с реминисценцией) и на темы «Молитвы» («Я, матерь божия, ныне с молитвою») - «Ave Maria» (1847).

Соч. Соч., под ред. А. Г. Тихменева, т. 1-3, СПБ, 1859-60.

Лит.: Розанов И. (1), с. 243-46; Андроников И. Л., Автор остается неизвестным, в кн.: Проблемы совр. филологии, М., 1965, с. 321; Бухштаб Б., Рус. поэзия 1840-1850-х гг., в кн.: Поэты 1840-1850-х гг., Л., 1972, с. 32-33.

ГУД-ГОРА

ГУД-ГОРА, гора вблизи Крестовского (Гудаурского) перевала через Водораздельный хребет Большого Кавказа. Л. побывал в этих местах во время поездки в кон. 1837 из Грузии по Военно-Грузинской дороге, описанной в «Герое...» (VI, 223). С Гуд-горой местные жители связывали множество легенд о горном злом духе Гуде, использованных в поэме «Демон». Имя Гудала Л., очевидно, образовал или от имени Гуда, или от географич. названий: аул Гуда, станция Гудаури, Гуд-гора и пр.

Лит.: Андроников И., Л. в Грузии в 1837 г., М., 1955, с. 17-21, 229-36; За хребтом Кавказа, Тб., 1977, с. 54.

ГУМИЛЁВ НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ

ГУМИЛЁВ Николай Степанович (1886-1921), рус. поэт. В центре поэтич. внимания Г., как и у Л., - жизненная активность человека. Знаток Востока, путешественник, натура, соединявшая в себе воина и поэта, Г. находил определенные психологич. и биографич. параллели между собой и Л., указывая на такие точки соприкосновения с Л., как раннее знакомство с Кавказом, обусловившее становление обоих поэтов, их пристальное внимание к теме Востока. Л. в значит. мере определил отношение Г. к миссии поэта, к поэтич. слову, обладающему огромной силой нравств. воздействия. Идеи Л. по-своему преломились в стих. Г. «Пророки», «Правый путь», «Восьмистишие», «Естество», «Слово», «Молитва мастеров», в критич. ст. «Жизнь стиха» (1910), «Анатомия стихотворения» и др.

Итогом многолетних раздумий над творчеством Л., его судьбой является признание, сделанное, по свидетельству И. Одоевцевой, зрелым Г. в дружеской беседе: «Я с самого детства и сейчас еще больше всех поэтов люблю Лермонтова... Давно пора понять, что Лермонтов в поэзии явление не меньшее, чем Пушкин, а в прозе несравненно большее... Это мое искреннее, глубокое убеждение. Русская проза пошла... с «Героя нашего времени». Проза Лермонтова чудо. Еще большее чудо, чем его стихи... Перечтите «Княжну Мери». Она совсем не устарела. Пока существует русский язык, она никогда не устареет. Если бы Лермонтов не погиб!».

Интересные суждения о Л., тонкие наблюдения над его поэтич. манерой содержатся в отзыве Г. на сб. стих. Вяч. Иванова «Cor ardens» (1911) и в рец. на «Ночные часы» А. Блока (1912). О волшебной силе стих. «Выхожу один я на дорогу» говорится в ст. «Жизнь стиха»; в ст. «Теофиль Готье» (1911) с восхищением упоминается «Ангел» и дается высокая оценка поэзии Л. 1840-41. Романтич. герой Г. - «избранник свободы», скиталец, «блудный сын», любимец «Музы Дальних Странствий», «отступник... обретший все и вечно недовольный» (напр., в поэме «Открытие Америки», 1910, стих. «Я в лес бежал из городов», «Да, мир хорош, как старец у порога», «Снова море», «Рыцарь счастья», «Мои читатели» и др.) - обнаруживает нек-рые черты сходства с мятежными героями Л. Однако устремления героев Г. в социально-историч. и этич. плане противоположны героям Л.; принципиальное различие поэтич. позиций наглядно проявляется в решении патриотич. и батальной темы. Тенденция стих. Г. «Наступление», «Война», «Солнце духа», «Старые усадьбы», «Барабаны, гремите, а трубы - ревите, а знамена везде взнесены...» (1914-20) и фронтовых очерков 1915-16 «Записки кавалериста» не была исторически прогрессивной. Война для Г. - жертвенная мистерия или повод для проявления индивидуального героизма, самоутверждения. Из-за превратного понимания любви к родине Г. оказался в лагере врагов Сов. власти.

Соч. Путь конквистадоров, СПБ, 1905; Романтич. цветы, Париж, 1908; Чужое небо, СПБ, 1912; Колчан, П., 1916; Костер, П., 1918; Огненный столп, П., 1921; Письма о рус. поэзии, П., 1923 (по указателю); Отравленная туника и др. неизд. произв., Нью-Йорк, 1952, с. 236-37; Собр. соч., т. 1-4, Вашингтон, 1962-68.

Лит.: Одоевцева И., На берегах Невы, Вашингтон, 1967, с. 160-72, 264.

ГУММЕЛЬ, ХУММЕЛЬ ИОГАНН (ЯН) НЕПОМУК

ГУММЕЛЬ, Хуммель (Hummel) Иоганн (Ян) Непомук (1778-1837), австр. композитор, пианист-виртуоз; в 1822 концертировал в Петербурге и Москве. Его мог слышать юный Л. Л. упоминает имена Г. и Дж. Фильда в повести «Вадим» (VI, 51).

ГУРИЛЁВ АЛЕКСАНДР ЛЬВОВИЧ

ГУРИЛЁВ Александр Львович (1803-58), рус. композитор, пианист, скрипач и педагог-вокалист. Один из первых интерпретаторов лермонт. поэзии в рус. музыке; автор романса «Молитва» («В минуту жизни трудную»), изд. при жизни Л. (1840). Ему принадлежат еще неск. романсов на тексты Л.: «И скучно и грустно» (1852), «Нет, не тебя так пылко я люблю» («Муз. сборник в память А. Е. Варламова», 1851), «Оправдание» (1846) и др.

Лит.: Левашева О., Келдыш Ю., Кандинский А., История рус. музыки, т. 1, М., 1972, с. 384-88.

"ГУСАР"

«ГУСАР», стих. раннего Л. (1832). Размышления о внешнем блеске и внутр. пустоте гусарской жизни, сожаление об утрате прежних иллюзий и идеалов характерны для Л. во время его пребывания в Школе юнкеров и л.-гв. Гусарском полку [ср. письмо к А. М. Верещагиной весной 1835 (VI, 720), а также письма к М. А. Лопухиной от 4 авг. 1833 и 23 дек. 1834]. Однако стих. не является прямым выражением лермонт. сознания.

Рядом с героем стих., гусаром, наделенным мн. автобиографич. чертами, в нем присутствует автор, к-рый одновременно и сочувствует своему герою, и критически оценивает его. Л. отходит здесь от романтич. индивидуализма и сопровождающих его мотивов, свойственных стихам 1830-31. «Открытым» выражением авт. голоса является конечное четверостишие; последние два стиха, возможно, обращены к В.А. Лопухиной.

Не только тема, но и достаточно традиц. «прорисовка» облика героя связывает стих. Л. с «гусарской традицией» рус. поэзии (Д. В. Давыдов и др.). Однако отсутствие в нем апологии гусарства, появление иронич. интонаций по отношению к своему герою говорит о новой худож. трактовке гусарской темы в рус. поэзии.

Автограф - ИРЛИ (Казанская тетрадь). Копия - ГПБ, Собр. рукоп. Л., № 64, лл. 27 об. - 28 (В. Х. Хохрякова) и ИРЛИ, оп. 2, № 42, л. 6 об. - 8 (тетр. И. А. Панафутина). Впервые - «Сарат. листок», 1876, 1 янв. № 1. Датируется по положению в тетради.

Лит.: Эйхенбаум (10), с. 3-10; Пейсахович (1), с. 432.

ГЮГО ВИКТОР МАРИ

ГЮГО (Hugo) Виктор Мари (1802-85), франц. писатель, глава романтич. школы. Чл. Франц. академии. В России известен с сер. 20-х гг. Романтич. настроениям юного Л. было созвучно творчество Г., в частности сб. «Восточные мотивы» («Les orientales», 1829) и предисл. к нему, в к-ром обосновывалось увлечение Востоком в новейшем иск-ве. Э. Дюшен находил, что сюжет и образы стих. Л. «Прощание» напоминают стих. Г. «Прощание аравитянки» («Les adieux de l\'hôtesse arabe»). Реминисценцией из этого стих. является описание коня в «Измаил-Бее» и «Ауле Бастунджи»; проклятие Селима в последней поэме перекликается со стих. Г. «Проклятие» («Malédiction»).

Драматургия молодого Л. испытала воздействие зап.-европ. романтич. «драмы страстей», в русле к-рой находилась и драма Г. «Эрнани» (1830). Поэтому реминисценции из этой драмы в «Испанцах» Л., на к-рые указывал Дюшен, не могут быть, по мнению А. В. Федорова, ни полностью доказаны, ни опровергнуты. Закономерно сходство гл. героев-бунтарей (Эрнани - Фернандо), а также общая для обеих драм напряженная эмоц. атмосфера.

Несомненно влияние Г. на раннюю прозу Л.: «Панорама Москвы» написана под впечатлением главы из «Собора Парижской богоматери» («Notre Dame de Paris», 1831) - «Париж с птичьего полета». Воздействие романа Г. ощутимо также в «Вадиме», где безобразный трагич. герой характеризуется сходно с Квазимодо у Г.; параллели обнаруживаются и в описаниях толпы нищих. С. И. Родзевич сближал роман Л. с ранними романами Г. «Ган Исландец» (1823) и «Бюг Жаргаль» (1826). Со стилистич. манерой Г. связаны повышенная живописность, контрасты, нагромождение «ужасов». В зрелом творчестве Л. связь с Г. почти неощутима. Соотнесение Дюшеном стих. «Дары Терека» и «Спор» непосредственно со стих. Г. «Разгневанный Дунай» («Le Danube en colère») вряд ли правомерно, т. к. жанр аллегорич. баллады был широко распространен в рус. поэзии 30-х гг. Отмеченная Б. Эйхенбаумом перекличка отд. строк и выражений в «Последнем новоселье» и ораторской лирике Г., в т.ч. в стих. «Он» («Lui»), видимо, подсказана общей наполеоновской темой.

Лит.: Дюшен (2), с. 130-40; Родзевич (2), с. 5-20; Яковлев, с. 117-18; Гинзбург (1), с. 114, 122-23; Федоров (1), с. 204; Федоров (2), с. 343-50; Томашевский, с. 475-76; Комарович, с. 667-68; Найдич Э. Э., [Примеч. к «Панораме Москвы»], в кн.: ЛАБ, т. 6, с. 671-73; Эйхенбаум (12), с. 119, 353-54; Пиксанов, с. 40-44; Докусов (5); Морщинер М. С., Пожарский Н. И., Библиография рус. переводов произв. В. Гюго, М., 1953.

ГЮНТЕР ЙОХАННЕС ФЕРДИНАНД ФОН

ГЮНТЕР (Guenther) Йоханнес Фердинанд фон (1886-1973), нем. писатель, переводчик (ФРГ). Уроженец Прибалтики. В 1908-14 жил в России, был связан с лит. кругами. Переводил произв. А. С. Пушкина, Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева, А. П. Чехова, А. А. Блока, а также Б. Пастернака, С. Есенина, Б. Ахмадулиной и др. Издал неск. антологий рус. классики и сов. лит-ры. Перевел значит. часть лирики Л., поэмы «Песня про... купца Калашникова», «Демон», «Мцыри», роман «Герой нашего времени» и отрывок «Штосс». Переводы Г. близки к подлиннику, хотя местами тяжеловесны и не свободны от буквализма.

Лит.: Festgabe für J. von Guenther zum 80. Geburtstag, Münch., 1966, S. 40; Kluge R. D., J. von Guenther als übersetzer und Vermittler russischer Literatur, «Die Welt der Slaven», 1967, H. l, S. 77-96.

Предыдущая страница Следующая страница
© 2000- NIV