Лермонтовская энциклопедия
Статьи на букву "П" (часть 4, "ПОЭ"-"ПЯТ")

В начало словаря

По первой букве
0-9 A-Z А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
Предыдущая страница Следующая страница

Статьи на букву "П" (часть 4, "ПОЭ"-"ПЯТ")

"ПОЭТ" («КОГДА РАФАЭЛЬ ВДОХНОВЕННЫЙ»)

«ПОЭТ» («Когда Рафаэль вдохновенный»), стих. Л. (1828) периода лит. ученичества, отражающее как общераспространенные мотивы романтич. лирики, так и специфич. интересы лит. среды Пансиона. Основой его является легендарная биография Рафаэля, популярная в нем. романтич. эстетике (Ф. Шеллинг) и в рус. лит-ре (В. К. Кюхельбекер, В. А. Жуковский, А. С. Пушкин, С. П. Шевырев). Непосредств. источником Л. послужила, видимо, новелла «Видение Рафаэля» в кн. В. Г. Вакенродера и Л. Тика «Об искусстве и художниках» (рус. пер. 1826). Согласно новелле, Рафаэль пытался воспроизвести на полотне преследовавший его образ мадонны, но образ исчезал, и художник сумел написать картину лишь в состоянии религ. экстаза, когда перед ним воочию явилась богородица. Эта легенда отразилась и в др. стихах пансионских поэтов («Видение Рафаэля», 1829, Н. Колачевского, позднее «Поэт», 1849, И. Грузинова).

Разрабатывая сюжет, Л. остался нечувствительным к эстетич. концепциям своего ближайшего лит. круга; центром стих. оказывается не Рафаэль, а поэт, посвящающий стихи «кумирам своей души», т.е. возлюбленным; его осн. атрибут - вдохновение, т.е. способность полного самораскрытия в творч. акте. Идея божеств. откровения юным Л. не воспринята; легенда сохранилась лишь в виде отд. мотивов (истощение сил поэта с утратой «небесного огня» и др.). Интерпретация образа поэта близка к той, к-рая укрепилась в массовой романтич. лирике 20-х гг., варьировавшей и упрощавшей, в частности, концепцию пушкинского «Поэта» («Пока не требует поэта», 1827). По-видимому, к поэзии «любомудров» восходят нек-рые особенности формы стих. Л., напр. двухчастная композиция, содержащая параллель - уподобление (ср. лирику Д. В. Веневитинова, позднее Ф. И. Тютчева).

Автограф - ГПБ, собр. рукописей Л., № 28 (в письме Л. к М. А. Шан-Гирей от дек. 1828); более ранний автограф 2-й пол. стих. - ИРЛИ, тетр. II. Впервые - «РС», 1872, № 2, с. 294.

Лит.: [Вакенродер В. Г.], Об иск-ве и художниках. Размышления отшельника, любителя изящного, изданные Л. Тиком, с послесл. и прим. П. Н. Сакулина, [пер. с нем.], М., 1914; Бродский (5), с. 145; Левит, с. 238; Иванов Т. (2), с. 86-88; Вацуро (1), с. 51-55.

"ПОЭТ" («ОТДЕЛКОЙ ЗОЛОТОЙ БЛИСТАЕТ МОЙ КИНЖАЛ»)

Статья большая, находится на отдельной странице.

ПОЭТИЧЕСКИЙ ЯЗЫК ЛЕРМОНТОВА

Статья большая, находится на отдельной странице.

"ПОЭТОМ (ХОТЬ И ЭТО БРЕМЯ)"

«ПОЭТОМ (ХОТЬ И ЭТО БРЕМЯ)», см. "Эпиграммы".

"ПРЕДСКАЗАНИЕ"

«ПРЕДСКАЗАНИЕ», первое из серии политич. стих. Л. (1830). Лето 1830, насыщенное политич. событиями - восстание в Польше, революция во Франции, обострило внимание Л. к политич. проблемам. Отношение к ним поэта не было однозначным. Он с сочувствием отнесся к польскому восстанию [«10 июля (1830)»], но с негодованием отверг попытку иностр. вмешательства в польские дела («Опять народные витии»). Л. приветствовал революцию и свержение тиранич. режима во Франции [«30 июля - (Париж) 1830»], не оставив сомнения в том, что таково же его отношение к тирании вообще («Новгород», «Пир Асмодея»); вместе с тем его тревожила мысль о том, что падение традиц. форм власти может привести к анархии. Именно этот мотив лежит в основе «Предсказания», где развернута апокалиптич. картина социального хаоса, беззакония и убийства. Нарочито сдержанный, без эмоционального нажима тон, каким перечисляются грядущие беды, эффектно контрастирует с содержат. стороной создаваемых поэтом образов. Лексико-интонац. суровость подкреплена живописными средствами - мрачной гаммой черно-белых тонов с отсветом «зарева» и «крови» (черный цвет и, в частности, выражение «черный год» здесь очень многозначительны: так нередко называли тогда Крест. войну под предводительством Е. И. Пугачева).

На настроении, в к-ром создавалось стих., лежит отпечаток т. н. «холерных бунтов», прокатившихся в то лето по южным - юго-вост. р-нам России, и прежде всего весть о том, что 3 июня 1830 во время одного из таких бунтов был убит родной брат бабушки Л. - губернатор Севастополя Н. А. Столыпин. Однако политич. мотивировка стих. имеет и более глубокие корни: Л. явно проецирует на Россию опыт Франц. революции (1789-94), к-рая в соответствии с господств. представлениями той поры (воспринятыми, очевидно, через политич. стихи А. С. Пушкина - «Вольность», «Андрей Шенье») рисовалась Л. по схеме: низвержение законной власти - анархия и кровавый террор - узурпация власти воен. диктатором (Наполеоном). Именно так и развиваются события в «Предсказании»: вслед за падением «короны» наступит период анархии («Когда детей, когда невинных жен / Низвергнутый не защитит закон»), эпидемий («Когда чума.../ Начнет бродить среди печальных сел...»), голода («И станет глад сей бедный край терзать...») и гражд. войны («И зарево окрасит волны рек...»). Полагая, что народ обладает достаточной силой, чтобы свергнуть самодержавие, Л. сомневался в устойчивости народовластия; по мысли поэта, в конечном счете восторжествует диктатура «сильной личности», к-рой в стих. придано портретное сходство с Наполеоном: «И будет все ужасно, мрачно в нем, / Как плащ его с возвышенным челом» (ср. в стих. «Наполеон», 1830: «Сей острый взгляд с возвышенным челом»). Ту же схему Л. развернет позже в поэме «Сашка» («И кровь с тех пор рекою потекла, / И загремела жадная секира...»; «Меж тем как в тайне взор Наполеона / Уж зрел ступени будущего трона...», строфы 77-80) и в несколько завуалированной форме в «Последнем новоселье». В автографе позднейшая приписка Л.: «(это мечта)», что в словоупотреблении того времени могло означать «видение», «фантазия».

Автограф - ИРЛИ, тетр. VI. Впервые - без двух последних стихов, с искажениями - в «Стихотворениях М. Ю. Лермонтова, не вошедших в последнее издание его сочинений» (Берлин, 1862, с. 19). Датируется по положению в тетради.

Лит.: Кирпотин (3), с. 190-93; Иванова Т. (2), с. 108; Архипов, с. 125-28; Федоров (2), с. 78-79.

"ПРЕКРАСНЫ ВЫ, ПОЛЯ ЗЕМЛИ РОДНОЙ"

«ПРЕКРАСНЫ ВЫ, ПОЛЯ ЗЕМЛИ РОДНОЙ», юношеское стих. Л. (1831). Построено на характерном для патриотич. лирики поэта противопоставлении прекрасной природы родной земли обществ. злу и «несвободе» («страна порочная»). В последней строке «И позабытый прах, но мне, но мне бесценный» Л. говорит о своем отце, умершем 1 окт. 1831.

Автограф - ИРЛИ, тетр. XI. Текст зачеркнут. Впервые - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, 1889, с. 191. Датируется осенью 1831 по содержанию и положению в тетради.

Лит.: Дурылин (5), с. 193-94.

"ПРЕЛЕСТНИЦЕ"

«ПРЕЛЕСТНИЦЕ», юношеское стих. Л. (1832). Обращено к женщине, в силу социальных условий поставленной вне общества (ср. стих. «Склонись ко мне, красавец молодой»). Слово в ее защиту, к-рое произносит романтич. герой-отщепенец, становится для него поводом для самохарактеристики и выражения своего презрения к «идолам света». В стих., очевидно, сказалось воздействие А. С. Пушкина («Когда твои младые лета», 1829). Первые три строфы в переработанном виде вошли в стих. «Договор».

Стих. положил на музыку В. В. Волошинов. Черновой автограф - ИРЛИ, тетр. IV. Авторизов. копия - тетр. XX. Впервые (без первых двух стихов и с частичными заимствованиями из чернового автографа) - «ОЗ», 1859, № 7, отд. 1, с. 61-62. Датируется по положению в тетради.

Лит.: Лернер Н. О., <Комментарии>, в кн.: Пушкин А. С., Собр. соч., т. 5, СПБ, 1911, с. XXVII; Дурылин (1), с. 41-42; Эйхенбаум (7), с. 72; Иконников (2), с. 58-60; Пейсахович (1), с. 431-32; Удодов (2), с. 139-40, 166.

ПРЕМАЦЦИ ЛЮДВИГ ОСИПОВИЧ

ПРЕМАЦЦИ Людвиг Осипович (1818-91), рус. художник. Учился живописи в Милане, с 1848 жил в России. В нач. 80-х гг. жил на Кавказе и в 1883 по заказу Лермонтовского музея при Николаевском кавалерийском уч-ще выполнил 2 акв.: «Дом Верзилиных» (музей ИРЛИ; воспроизведена: Кушнерев, т. 1) и «Место дуэли» (местонахождение оригинала неизв.; фотокопия - музей ИРЛИ; воспроизведена там же, где первая).

Лит.: Булгаков Ф. И., Наши художники, т. 2, СПБ, 1890, с. 110; Описание ИРЛИ, с. 210, 212.

"ПРЕСТУПНИК"

«ПРЕСТУПНИК», одна из ранних романтич. поэм Л. (1829). Тяготение к фольклору в поэме, как и в других произв. этого года («Русская мелодия», «Романс»), - свидетельство внимания Л. к проблеме народности, горячо обсуждавшейся в это время в кружке С.Е. Раича, кругу «любомудров», на страницах «Московского вестника», постоянным читателем к-рого был Л. «Повесть» (авторское определение жанра) построена в форме рассказа разбойника своим товарищам на привале. Главное действующее лицо - первый «земной» вариант демонич. личности у Л. с чертами байронич. «героя-преступника». Как и последующие демонич. герои Л., преступник «сеет зло без наслажденья» и не гордится им, храня в душе традиц. представление о добре и зле, тайную преданность отвергнутым идеалам.

Неоднократно отмечалась связь «Преступника» с «Братьями разбойниками» А. С. Пушкина (Н. Сумцов, Б. Нейман, Д. Благой, А. Соколов). В 1828 в «Московском вестнике» было опубл. стих. С. П. Шевырева «Русская разбойничья песня», к-рое, по мысли Неймана, явилось прямым источником «Преступника». Однако, как отметил М. Азадовский, здесь вероятнее не подражание, а параллельная разработка «разбойничьей» темы. Высказанная П. Висковатым мысль о сходстве «Преступника» с «Дон Карлосом» Ф. Шиллера была признана неубедительной (А. Федоров).

Иллюстрировали стих.: М. Е. Малышев, К. С. Петров-Водкин, Н. В. Пузыревский, М. Ушаков-Поскочин. Автограф - ЛБ (тетрадь А. С. Солоницкого из собр. Н. С. Тихонравова, л. 1-6). Копии - ИРЛИ, оп. 2, № 39 (с исправлениями Висковатого) и ГПБ, Собр. рукоп. Л., № 65. Поэма предназначалась для № 1 «ОЗ» за 1848, но цензоры А. И. Мехелин и А. Л. Крылов вычеркнули ее в корректуре. Впервые - «ОЗ», 1859, № 7, отд. I, с. 22-26. Датируется по положению в тетради Солоницкого.

Лит.: Сумцов Н. Ф., А. С. Пушкин, Хар., 1900, с. 318-319; Нейман (1), с. 54-57; Нейман Б., Л. и «Московский Вестник», «РС», 1914, т. 160, № 10, с. 204; Азадовский (1), с. 234; Благой (1), с. 363, 369; Федоров (1), с. 201; Соколов (4), с. 89-90; Фохт (1), с. 158; Пейсахович (2), с 81; Недосекина Т. А., Ранние поэмы М. Ю. Л. (1828-1832), Л., 1973, с. 9-10 (автореф. дисс.); Удодов (2), с. 103; Недосекина Т. А., Разбойничья тема в ранних поэмах М. Ю. Л., в кн.: Рус. лит-ра 30-40-х гг. XIX в., Рязань, 1976, с. 25-38.

"ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ, ВОИНСТВЕННЫХ СЛАВЯН"

«ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ, ВОИНСТВЕННЫХ СЛАВЯН», черновой набросок стих. Л. (1832), задуманного, по-видимому, в связи с первым посещением поэтом Новгорода в начале авг. 1832, во время поездки из Москвы в Петербург. Вслед за писателями-декабристами Новгород, его умолкший вечевой колокол воспринимаются Л. как символы безвозвратно утраченной «вольности» (как и в стих. «Новгород», в поэме «Последний сын вольности»). Заключит. строки о «гордых душах» («ужель их больше нет?»), содержавшие один нз постоянных мотивов лирики Л. (ср. «Бородино», «Дума»), были опущены при первой публикации. В лит-ре о Л. указывалось на словесно-образную связь между стих. «Приветствую тебя...» и стих. «Поэт» (1838) (Б. Нейман. А. Федоров).

Иллюстрировал стих. В. Лопялло. Автограф - ИРЛИ, тетр. XX. Впервые - «Совр.», 1857, т. 65, № 10, отд. 1, с. 190. Существует предположение, что стих. написано в авг. 1832, но еще до отъезда из Москвы (И. Андроников), однако эта датировка не соотносится с содержанием стих.

Лит.: Кирпотин (3), с. 195-96; Нейман (7), с 439; Пейсахович (1), с. 422-23; Архипов, с. 155-56; Федоров (2), с. 72-74; Андроников (12), с. 585.

"ПРИ ДВОРЕ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА..."

«ПРИ ДВОРЕ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА...», см. Планы. Наброски. Сюжеты.

"ПРИМИТЕ ДИВНОЕ ПОСЛАНЬЕ"

«ПРИМИТЕ ДИВНОЕ ПОСЛАНЬЕ», юношеское стих., две строфы, к-рыми Л. начинает письмо к С. А. Бахметевой, написанное вскоре после приезда в Петербург в авг. 1832. Л. делится своими первыми - крайне неблагоприятными - впечатлениями от северной столицы: «Увы! как скучен этот город, / С своим туманом и водой!...» Из писем Л. того времени видно, что он постоянно сопоставлял в своем сознании Петербург с Москвой - городом, к к-рому испытывал неизменную и глубокую привязанность: «...Москва есть и всегда будет моя родина. - Я в ней родился, в ней много страдал, в ней был чрезмерно счастлив» (письмо к М. А. Лопухиной от 2 сент. 1832). В стих. «Примите...» сопоставление двух городов перерастает в противопоставление двух укладов жизни - московского, сохраняющего дружескую откровенность и радушие, и петербургского, где царит дух казенной, обезличенной холодности, распространяющейся даже на неофиц. отношения («Нет милых сплетен - все сурово. / Закон сидит на лбу людей...»), и где отличит. чертами становятся себялюбие, бездушие («Доволен каждый сам собою, / Не беспокоясь о других, / И что у нас зовут душою, / То без названия у них!...»). Упоминаемый в стих. «красный ворот» («Куда ни взглянешь, красный ворот / Как шиш торчит перед тобой») - прямой предшественник «мундиров голубых» («Прощай, немытая Россия») - вносит в юношескую зарисовку Л. элемент политич. сатиры.

В начале второй строфы - иронич. переосмысление излюбленного в романтич. поэзии образа моря («И наконец я видел море, / Но кто поэта обманул?.. / Я в роковом его просторе / Великих дум не почерпнул»; ср. у Языкова: «В роковом его просторе / Много бед погребено»); в последующих строках - нарочитое его снижение.

Автограф - ИРЛИ, оп. 1, № 24. Впервые - «РС», 1873, т. 7, № 3, с. 402-03.

Лит.: Кирпотин (3), с. 238.

ПРИПИСЫВАЕМОЕ ЛЕРМОНТОВУ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ПРИШВИН МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ

ПРИШВИН Михаил Михайлович (1873-1954), рус. сов. писатель. Поэзия Л. занимает большое место в духовном мире П.; в своей прозе и дневниках он часто обращается к творчеству и личности Л. В романе «Кащеева цепь» (1928-54) и в миниатюре «Поза» из цикла «Глаза земли» (1946-50) П. вспоминает: когда у него «открылись глаза первого создания», его «встретили Некрасов и Лермонтов». «Ветка Палестины» Л. стала для будущего писателя «вместо молитвы» и вдохновила его на подражат. стих. «Скажи мне, веточка малины...» (см. Собр. соч., т. 5, 1957, с. 406). Начав сознавать себя как личность «в тени гения Лермонтова», П., по собств. выражению, приобрел «...ясность чего-то настоящего и...высокое представление о настоящей поэзии:...чуть только фальшь в чем-нибудь, так и сейчас стыдно!» (там же, т. 1, 1956, с. 27).

В этюде «Ангел гармонии» П. пишет: «Пусть это парус, и пусть, пусть он, мятежный, ищет бури среди лазури и золота, - в полуночи души поэта, перед тем как написать стихотворение, непременно должен прилететь ангел гармонии» (там же, т. 5, с. 488).

Говоря о высоком интеллектуализме поэзии Л. («Сколько ума в поэзии Лермонтова!»), П. подчеркивает дисциплину его ума, к-рый подчинен поэту «как служебная машина»; «...ум у поэта как кость у борца, как сталь у кинжала» («Незабудки», М., 1969, с. 45). Будучи мастером «поэзии в прозе», П. высоко ценит опыт Л.-прозаика и подкрепляет свой тезис «Секрет прозы есть поэзия» ссылкой на «Тамань»: «...Для примера показал бы «Тамань», как поэзию» (Собр. соч., т. 6, 1957, с. 382).

Л. занимает важное место в общей системе воззрений зрелого П. В филос. диалоге о необходимости историч. возмездия, «...чтобы справедливостью связать времена», упоминается лермонт. демон как дух неукротимой борьбы и протеста (там же, с. 77-78). Знакомство с кинематографич. решением «Маскарада» побуждает писателя сформулировать свою концепцию демонизма: «...«демонизм» исходит из начала, преодолевающего смерть» (там же, с. 606). «...Весь демонизм взялся от той мысли, что не будь зла на свете («конфликт»), не было бы и добра...» (там же, с. 637). Однако писатель задумывается и над тем, что «может быть, есть иной путь к свободе, чем дерзновенный вызов героя. Мудрец, не объявляя свободы, берется покорно нести то бремя, которое ему завещали отцы», и приводит в пример Максима Максимыча как образец «идеализации «простого»» у Л. (там же, с. 619). Проблему соотношения долга и свободной воли, «надо» и «хочу» П. иллюстрирует на примере конфликта между купцом Калашниковым и «грозным царем» («Глаза земли»).

Поэзия Л. сопровождала П. на его долгом писательском пути. В «Журавлиной родине» (1929) строки из «Русалки» (неточная цитата) создают специфич. настроение целой главы. Филос. миниатюра «Гроза» о человеке и природе - программная для П. - построена на ассоциациях, восходящих к стих. Л. «Выхожу один я на дорогу»: «А может быть, вся природа вокруг меня - это сон?.. И я всегда, как «выхожу один я на дорогу». Но спит это существо «не тем холодным сном могилы», а как спит моя мать. Спит и слышит меня. Так и вся наша мать - природа, и я ее младенец» (там же, т. 5, с. 323). То же стих. П. выбирает как напутствие, приступая к работе над последним своим произв. «Осударева дорога» (1933-52), к-рое называл «трудом всей...жизни»: «Итак, «выхожу один я на дорогу». И какой это кремнистый путь, и как больно ступать босой ногой. Но я слышу, как говорят звезды, и иду» (Запись 1948; там же, т. 6, с. 822).

Соч. Собр. соч., т. 1-6, М., 1956-57; Незабудки, М., 1969.

ПРОЗА ЛЕРМОНТОВА

Статья большая, находится на отдельной странице.

"ПРОРОК"

Статья большая, находится на отдельной странице.

"ПРОСТИ! КОЛЬ МОГУТ К НЕБЕСАМ"

«ПРОСТИ! КОЛЬ МОГУТ К НЕБЕСАМ», см. "Farewell".

"ПРОСТИ, МОЙ ДРУГ!.. КАК ПРИЗРАК Я ЛЕЧУ"

«ПРОСТИ, МОЙ ДРУГ!.. КАК ПРИЗРАК Я ЛЕЧУ», юношеское стих. Л. (1830), близкое по жанру к элегии. Осн. его мотив - разлука - весьма распространен в лирике Л. 1830-32 («Разлука», «Farewell», «Прощание» и др.). Частое обращение к этому мотиву связано, по-видимому, не столько с действительными расставаниями - в жизни поэта их было тогда не так уж много - сколько с книжной традицией. Мотив разлуки возникает у Л. как ослабленный вариант мотива смерти (см. Смерть в ст. Мотивы; ср. «Душа моя должна прожить в земной неволе», «Из Андрея Шенье» и др.) - во всяком случае, в той же худож. функции: как лирич. ситуация, создающая повод для медитации.

В стих. «Прости, мой друг!» мотив разлуки связан с любовными размышлениями. Элегич. окраска этих размышлений задана с первых же строк («...печали я ищу, Хочу грустить...») и последовательно выдержана до конца стихотворения. Можно предположить, что размышления поэта обращены к какому-то реальному лицу. В этом случае пришлось бы принять во внимание, что стих. написано в период увлечения Е.А. Сушковой, причем в числе посвященных ей стих. - два о разлуке («К Сушковой», «Итак, прощай! Впервые этот звук»). Композиц., стилевая и интонац. структура стих. «Прости, мой друг!» повторена в ряде стих., построенных как лирич. монолог перед смертью («Настанет день - и миром осужденный» и др.).

Автограф - ИРЛИ, тетр. VI. Впервые - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, с. 98. Датируется по нахождению в тетради.

Лит.: Сушкова, с. 112-13, 131; Пейсахович (1), с. 423.

"ПРОСТИ, МЫ НЕ ВСТРЕТИМСЯ БОЛЕ"

«ПРОСТИ, МЫ НЕ ВСТРЕТИМСЯ БОЛЕ», см. «К*».

"ПРОСТИТЕ МНЕ, ЧТО Я РЕШИЛСЯ К ВАМ"

«ПРОСТИТЕ МНЕ, ЧТО Я РЕШИЛСЯ К ВАМ», см. "К...».

"ПРОСТИ! УВИДИМСЯ ЛЬ МЫ СНОВА?"

«ПРОСТИ! УВИДИМСЯ ЛЬ МЫ СНОВА?», см. "Эпитафия".

"ПРОСТОСЕРДЕЧНЫЙ СЫН СВОБОДЫ"

«ПРОСТОСЕРДЕЧНЫЙ СЫН СВОБОДЫ», см. "Эпитафия".

ПРОТОТИПЫ

Статья большая, находится на отдельной странице.

"ПРОЩАЙ, НЕМЫТАЯ РОССИЯ"

Статья большая, находится на отдельной странице.

"ПРОЩАНЬЕ" («НЕ УЕЗЖАЙ, ЛЕЗГИНЕЦ МОЛОДОЙ»)

«ПРОЩАНЬЕ» («Не уезжай, лезгинец молодой»), раннее стих. Л. (1832). Сюжетная ситуация - отказ от любви во имя мести (см. Мщение в ст. Мотивы) - была использована Л. в сцене прощания Зары с Измаилом в поэме «Измаил-Бей» (ср. 34-ю строфу 1-й главы), где этот сюжет развернут и исторически конкретизирован, а характеристика действ. лиц и их поступков получила более глубокую психологич. мотивировку. Нек-рая текстуальная близость стих. и «Измаил-Бея» показывает, что при создании поэмы Л. в какой-то степени использовал написанное ранее стих. [ср. также строки 24-25 «Прощанья» со строками 720-721 поэмы; строку 21 («Поверь, отчизна там, где любят нас»), восходящую к «Дон Жуану» Дж. Байрона (песнь III, строфа LII), со строками 716-717 поэмы]. Отмечалось определ. сходство стих. Л. с «Прощанием аравитянки» В. Гюго; однако к стих. Гюго (II строфа) гораздо ближе одна из сцен «Измаил-Бея» (строки 662-681).

Автограф - ИРЛИ, тетр. IV. Впервые - Соч. под ред. Висковатого, т. 1, 1889, с. 62-63. Датировка - 1832, до мая (когда был написан «Измаил-Бей») подтверждается положением стих. в тетради.

Лит.: Киселев Н. П., Эфемериды, «Труды и дни», 1916, № 8, с. 147; Гинзбург (1), с. 114; Пейсахович (1), с. 453; Юсуфов Р. Ф., Рус. романтизм нач. XIX в. и нац. культуры, М., 1970, с. 168, 171-72.

"ПРОЩАНЬЕ" («ПРОСТИ, ПРОСТИ!»)

«ПРОЩАНЬЕ» («Прости, прости!»), юношеское стих. Л. (1830-31), связанное мотивом разлуки с рядом стих., отразивших увлечение поэта Дж. Байроном (ср. «Farewell»). Написано редким в рус. поэзии стихом - 2-стопным ямбом.

Стих. положили на музыку В. М. Иванов-Корсунский, М. Кобеляка и др. Автограф неизв. Копия - ИРЛИ, тетр. XX. Впервые «СВ», 1889, № 3, отд. 1, с. 85-86. Датируется по положению в тетради.

ПСИХОЛОГИЗМ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ПУЛЬСКАЯ ТЕРЕЗА

ПУЛЬСКАЯ (Pulszky) Тереза (1819-66), переводчица, жена венг. революционера Ференца Пульского, знакомая А. И. Герцена по лондонской эмиграции. В 1854 перевела, вероятно, с франц. перевода, на англ. яз. «Героя нашего времени» (без «Фаталиста»). В предисл. к роману П. включила характеристику Л. из ст. Герцена «О развитии революционных идей в России» (1851).

Соч. The hero of our days; from the Russian of M. Lermontoff, L., [1854] (The parlour library, v. 112).

Лит.: Белиа Д., Гардони К. Ч., Герцен и венг. революц. эмиграция, ЛН, т. 64, с. 421-22.

"ПУСКАЙ ПОЭТА ОБВИНЯЕТ"

«ПУСКАЙ ПОЭТА ОБВИНЯЕТ», стих. раннего Л. (1830-31?). От любовной лирики Л., а также от близких по времени написания стихов ивановского цикла отличается отсутствием трагич. напряженности. Стих. четко делится на 2 части: в 1-й утверждается независимость поэта от «насмешливого, безумного света», имманентно присущая творчеству свобода, к-рая при помощи образов романтич. поэзии уподобляется «птице дикой в пустыне», мчащейся «вдаль по озеру ладье». Во 2-й части поглощенность любовным чувством полемически «снимает» саму проблему взаимоотношений со «светом» как несущественную перед неизмеримо более важным переживанием («И что за дело мне до света, / Когда сидишь ты предо мной, / Когда рука моя согрета / Твоей волшебною рукой...»). Романтич. фразеология в этой части стих. («дева рая», «небесный час») теряет свое традиц. звучание, сталкиваясь с высоким смыслом простых знаков душевной близости - неожиданного для поэта опыта полного и спокойного единения с любимой, открывающего возможность быть с ней, «не беспокоясь, не страдая, не отворачивая глаз».

Стих. положили на музыку В. В. Волошинов, Б. С. Майзель, В. А. Гайгерова.

Автограф неизвестен. Копия - ИРЛИ, тетр. XX. Впервые - «Саратовский листок», 1876, № 43, 26 февр. Датируется по положению в тетр. XX.

Лит.: Андроников (13), с. 140.

"ПУСТЬ Я КОГО-НИБУДЬ ЛЮБЛЮ"

«ПУСТЬ Я КОГО-НИБУДЬ ЛЮБЛЮ», юношеское стих. Л. (1831), сумрачная тональность к-рого (сравнение любви с «чумным пятном» на сердце, чувства безнадежности и одиночества: «Живу - как неба властелин - / В прекрасном мире - но один»), очевидно, была усилена недавней смертью отца поэта. Об этом свидетельствует черновая редакция стих. (под загл. «Стансы»), где 1-я и 3-я строфы (зачеркнутые в автографе) содержат мрачные раздумья о смерти и душевном сиротстве: «Я сын страданья. Мой отец / Не знал покоя по конец. / В слезах угасла мать моя; / От них остался только я, / Ненужный член в пиру людском, / Младая ветвь на пне сухом; / В ней соку нет, хоть зелена, - / Дочь смерти - смерть ей суждена!». Тем же настроением проникнуто стих. «Ужасная судьба отца и сына», расположенное в автографе рядом со «Стансами». Исследователи указывают на зависимость лексики стих. от поэзии А. И. Полежаева (ср. «...член ненужный бытия» в его стих. «Живой мертвец»), В. А. Жуковского и А. С. Пушкина.

Автограф - ИРЛИ, тетр. XI. Копия - там же, тетр. XX. Впервые - Соч. под ред. Ефремова, т. 2, 1880, с. 253. Датируется осенью 1831 по содержанию и по нахождению в тетр. XI.

Лит.: Эйхенбаум (3), с. 54-55; Шувалов (4), с. 302; Бродский (5), с. 202.

ПУШКИН АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ

Статья большая, находится на отдельной странице.

ПУШКИНА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА

ПУШКИНА Наталья Николаевна (урожд. Гончарова) (1812-63), жена А. С. Пушкина; в нач. февр. 1837 П. И. Мещерский передал ей (через сестру А. Н. Гончарову) список стих. «Смерть поэта». Л. встречался с П. у Карамзиных в 1839-41. Дочь П. от второго брака, А. П. Арапова, вспоминает (со слов матери), что Л. «чуждался» Натальи Николаевны, и «за изысканной вежливостью обращения она угадывала предвзятую враждебность»; однако в 1841, перед отъездом из Петербурга, Л. обратился к П. с исповедью-объяснением, к-рую та расценила для себя не как победу своей «красоты», а как «победу сердца»; «...мне радостно подумать, что он не дурное мнение обо мне унес с собою в могилу» [слова П. в передаче Араповой, в кн.: Воспоминания, (1), с. 273].

Портреты П. работы А. П. Брюллова (1831-32, акв.) и В. Гау (1842-43, акв.) - во Всесоюзном музее А. С. Пушкина. Воспроизведены многократно.

Лит.: Карамзина С. Н., [Письмо] С. Н. и А. Н. Карамзиным от 10(22) февр. 1837, в кн.: Пушкин в письмах Карамзиных 1836-1837 годов, М. - Л., 1960, с. 175, 303; Майский (3), с. 132; Ободовская И., Дементьев М., После смерти Пушкина, М., 1980, с. 31-36; Мануйлов (13), с. 338-40.

ПУШКИН ВАСИЛИЙ ЛЬВОВИЧ

ПУШКИН Василий Львович (1770-1830), рус. поэт-сентименталист, дядя А. С. Пушкина. Из произв. П. была особенно популярна сатирич. поэма «Опасный сосед» (1811). Нек-рые детали ее (обстановка окраинного домика, маршрут поездки туда, имя героини - Варюша) отразились в поэме Л. «Сашка», но серьезно переосмыслены: сцены «низкой» действительности, разработанные у П. в бурлескном стиле, Л. также ввел в поэму, но снял комич. окраску. Поговорочное речение из «Опасного соседа» - фразу кухарки в публичном доме «Из чести лишь одной я в доме сем служу» - Л. использовал в «Маскараде»; парафразу этого стиха Арбенин адресует баронессе Штраль, обвиняя ее в сводничестве за плату («А сколько платят вам все эти господа?» «Ошибся, виноват, вы служите из чести!»; V, 349-50).

Лит.: Гинзбург (1), с. 153-56; Томашевский Б. В., Поэтич. наследие Пушкина, в кн.: Пушкин - родоначальник новой рус. лит-ры, М. - Л., 1941, с. 299.

ПУШКИН ЛЕВ СЕРГЕЕВИЧ

ПУШКИН Лев Сергеевич (1805-52), брат А. С. Пушкина; в 1836-41 служил на Кавказе в чине штабс-капитана, где и подружился с Л. Их знакомство могло произойти в 1837 в Ставрополе, Пятигорске или в доме А. Г. Чавчавадзе в Тифлисе (Андроников). Зимой 1840-41 Л. и П. встречались в Ставрополе в домах Граббе и Вревского. Арнольди видел их вместе на бульваре в Пятигорске в конце мая 1841. Июньским вечером 1841 в доме В. И. Чилаева Лермонтов, играя с П. в карты, произнес экспромт: «В игре, как лев, силен...» (см. II, 249; см. также ст. Приписываемое Лермонтову). 13 июля 1841 к обществу, собравшемуся у Верзилиных, «...присоединился Л. С. Пушкин, который также <как Л.> отличался злоязычием, и принялись они вдвоем острить свой язык...наперебой...Ничего злого особенно не говорили, но смешного много» (Шан-Гирей Э. А., в кн.: Воспоминания, 1972, с. 336). Утром 15 июля 1841 П. с Е. Г. Быховец и др. отправился к Л. из Пятигорска в Железноводск и вместе с ним принял участие в пикнике, устроенном в Шотландке. П. был «...весьма убит смертию Лермонтова...» (Полеводин, в кн.: Воспоминания, 2 изд., с. 358).

Пушкин Лев Сергеевич

Л. С. Пушкин. Миниатюра неизвестного художника.

Портрет П. (акв.) неизв. художника хранится во Всесоюзном музее А. С. Пушкина (см. в кн.: Л. в портретах, М., 1941, с. 306).

Лит.: Дельвиг А. И., Полвека рус. жизни, т. 1, М. - Л., 1930, с. 304-05, 307, 320; Андроников (13), с. 299-300, 311-12; Арнольди, в кн.: Воспоминания; Есаков, там же; Чиляев и Раевский, там же; Лорер, там же; Быховец, там же; Недумов, с. 122, 134, 183-87; Корнилова, между с. 384 и 385, 386-88.

ПУШКОВ ВЕНЕДИКТ ВЕНЕДИКТОВИЧ

ПУШКОВ Венедикт Венедиктович (1896-1971), сов. композитор. Автор музыки к кинофильму «Маскарад», вышедшему на экран 16 сент. 1941 (реж. С. А. Герасимов; см. ст. Кинематография). Были изданы: романс Нины («Когда печаль слезой невольной») (Л. - М., 1946) и Вальс для фп., концертная транскрипция Д. Прицкера (М. - Л., 1964). На материале музыки к кинофильму композитор в 1949 создал «Сюиту для симфонич. оркестра» (М. - Л., 1950).

Лит.: Келдыш Ю., «СМ», 1950, № 8, с. 9; Гловацкий, с. 98-99; Муз. культура Ленинграда за 50 лет. Л., 1967, с. 94.

ПЯТИГОРСК

Статья большая, находится на отдельной странице.

ПЯТИГОРЬЕ

ПЯТИГОРЬЕ (от назв. пятиглавой горы Бештау), сев. часть Кавказских Минеральных Вод в окрестностях Пятигорска. Представляет собой пологую равнину, среди к-рой поднимаются 18 островных гор - Бештау, Машук, Железная гора, Юца, Кинжал и др. Мн. события, описанные Л. в поэмах «Аул Бастунджи», «Измаил-Бей», романе «Герой нашего времени» и др., происходили в р-не П.

Предыдущая страница Следующая страница
© 2000- NIV