Наши партнеры
Dkostroma.com - Мебель на заказ в электростали и ногинске мебель на заказ ногинск.

Голованова Т.П. и Чистова И.С. - стихотворения Лермонтова


Голованова Т. П., Чистова И. С. Примечания // Лермонтов М. Ю. Собрание сочинений: В 4 т. / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. дом). - Изд. 2-е, испр. и доп. - Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1979-1981.
Т. 1. Стихотворения, 1828-1841. - 1979. - С. 529-626.

Произведения Лермонтова почти во всех собраниях его сочинений открываются лирикой. Лирические стихотворения занимают первое место в литературном наследии поэта и по числу произведений и по их историко-литературному значению. Именно стихотворения Лермонтова принесли ему еще при жизни славу второго после Пушкина поэта. «Стихотворениями М. Лермонтова» был назван и первый, изданный в 1840 г. сборник его сочинений. Из 28 названий, входящих в этот сборник, 26 принадлежат лирическим пьесам (в собрание вошли также две поэмы).

Свое поэтическое обаяние лирика Лермонтова сохранила до наших дней. В. Г. Белинский в статье «Стихотворения М. Лермонтова» (1840) так определил ее основные художественные черты: «...свежесть благоухания, художественная роскошь форм, поэтическая прелесть и благородная простота образов, энергия, могучесть языка, алмазная крепость и металлическая звучность стиха, полнота чувств, глубокость и разнообразие идей, необъятность содержания — суть родовые характеристические приметы поэзии Лермонтова и залог ее будущего, великого развития».1

В лирике Лермонтова нашли отражение все основные творческие интересы поэта, его идеологические и художественные искания, факты биографии и общественные явления эпохи. По стихотворениям Лермонтова видно, какие друзья и враги его окружали, какие события волновали мир, какие проблемы решались политической, философской и эстетической мыслью, какие литературные авторитеты владели умами современников. Лермонтов не оставил в своем литературном наследии специальных критических статей, рецензий и теоретических трактатов. Но взгляды его на литературу, отдельные критические оценки и эстетические декларации нашли место в самих поэтических произведениях, насыщенных философской и публицистической мыслью. Лирика Лермонтова дает богатый материал для заключений об отношении поэта к творчеству декабристов и к Пушкину, к эстетике русских шеллингианцев и к Байрону, к народному творчеству и к реакционной журналистике в лице Булгарина и Сенковского.

По стихотворениям Лермонтова можно проследить эволюцию его литературных вкусов — от кратковременного интереса к поэзии «в древнем роде» до серьезной склонности к философскому направлению в литературе, от влечения к поэзии героического романтизма до обращения к литературе критического реализма.

По мере идейного и художественного созревания поэта менял свой внутренний облик и его лирический герой. На первых порах — это непосредственно связанный с личностью самого автора искатель высоких гражданских идеалов, напряженно размышляющий о судьбах вселенной, исполненный жертвенных, героических устремлений. Затем «субъективный элемент», по выражению Белинского, стал проявляться в образах, имеющих иные черты и другое эстетическое значение. Порой это сам автор, романтическое мироощущение которого сменяется трезвой, аналитической критикой действительности (стихотворения «Дума», «Пророк», «Родина», «Я к вам пишу случайно; право», «<Из альбома С. Н. Карамзиной>» и многие другие); это и объективированный герой, например старый солдат из «Бородино», вместе с поэтом сокрушающийся о том, что миновало «время богатырей», или участник кавказской войны в «Завещании», увидевший, как и поэт, не парадную, а будничную сторону действительности; это и образы-символы, внешне потерявшие связь с лирическим «я» поэта, но выражающие его мысль и его настроение («Парус», «Утес», «Листок» и другие).

В недрах ранней лирики поэта, богатой наблюдениями над внутренней жизнью человека — историей его сердечных мук и страстей, зарождался новый художественный метод — психологический реализм, основоположником которого в русской литературе стал Лермонтов.

Замысел многих лермонтовских произведений больших форм находил первоначальное выражение в стихотворениях. Так, работе над поэмой «Демон» предшествовало появление стихотворения «Мой демон», из «Думы» вырос «Герой нашего времени», женские образы в поэме «Сашка» были подготовлены серией стихотворений 1832 г. Многие эпизоды поэмы «Измаил-Бей» сложились из предварительных поэтических «заготовок» — ранних стихотворений на кавказскую тему.

Иногда Лермонтов целиком вводит текст стихотворений в другие произведения, например в драмы «Menschen und Leidenschaften», «Странный человек». В новом контексте эти стихотворения теряют свое значение интимных лирических признаний автора и становятся элементом характеристики того или иного действующего лица.

Мысль Лермонтова легко находила воплощение в самых разнообразных стихотворных формах — в лирических медитациях, в стансах, балладах, думах, в сатирах, эпиграммах и ораторских монологах. Претворяя в стих свои мгновенные впечатления, поэт не всегда был экономен в средствах. Поэтические перлы в торопливых первых набросках стихотворений порой терялись среди словесной руды, отбрасывавшейся при повторном обращении к черновым записям. А обращался поэт к ним постоянно.

Его рабочие тетради хранят следы этих обращений: позднейшую выборочную нумерацию стихотворений, позднейшие пометы с оценкой написанного («это вздор», «это мечта» и т. д.), заметки для памяти, позднейшие зачеркивания и правку текста.

Иногда поэт решительно перечеркивал неудавшееся, по его мнению, стихотворение и никогда к нему более не возвращался («Я счастлив! — тайный яд течет в моей крови», баллада «Из ворот выезжают три витязя в ряд» и другие). В других случаях он через несколько лет перерабатывал отвергнутый им ранее текст. Так, зачеркнув первую редакцию перевода «Had we never loved so kindly» («Если б мы не дети были»), сделанного в 1830 г., поэт в 1832 г. создает вторую, более удовлетворившую его редакцию.

Характерна творческая история стихотворения «Стансы» («Я не крушуся о былом»). Первая редакция «Стансов» (1830), записанная в черновой тетради, состоит из 28 стихов. Вторая редакция, сохранившаяся в альбоме М. Д. Жедринской («Мгновенно пробежав умом»; 1831), значительно короче: стихотворение состоит из 16 стихов, причем 8 из них полностью совпадают с первой редакцией, 4 начальных стиха переработаны, а 4 последних написаны заново. Текст завершается в новой редакции энергичной концовкой, подчеркивающей главную мысль стихотворения.

Перед нами — часто наблюдаемый у Лермонтова процесс работы: значительное сокращение текста, устранение абстрактных мотивов и вялых оборотов, отработка острой, ударной концовки. Та же последовательность правки в стихотворениях «Силуэт», «Поток» и многих других.

В основе зрелых стихотворений («Узник», «Памяти А. И. О<доевского>го», «Договор») находятся образы, отдельные строки и даже строфы ранних стихотворений («Желание», «Он был рожден для счастья, для надежд», «Прелестнице»).

Обращаясь к дорогим для него образам, мотивам, темам, варьируя их в различных редакциях текста, Лермонтов добивался наиболее точного выражения мысли, наиболее совершенной отделки стиха. В этом и заключается природа «самоповторений» Лермонтова, о которых много говорилось в критической литературе.

Собранные воедино, стихотворения Лермонтова наглядно демонстрируют путь его поэтического совершенствования.

Ранняя лирика, как правило, не предназначалась поэтом для печати. Только очень немногие из своих стихотворений он счел достойными увидеть свет. В основном это стихотворения, написанные им после 1836 г. и включенные в сборник «Стихотворения М. Лермонтова» (1840). Отдельные стихотворения публиковались на страницах альманахов и в журнале «Отечественные записки» за 1839 — 1841 гг. Но и среди не печатавшихся при жизни Лермонтова стихотворений существует явная дифференциация. Несомненный интерес в этом отношении представляет тетрадь XX, которая, по всей видимости, составлялась как первое «избранное» поэта. Туда под определенными номерами писцом переписывались некоторые стихотворения 1830 — 1832 гг. из других рабочих тетрадей, затем текст этот просматривался и исправлялся автором. Самый характер правки свидетельствует о том, что поэт отбирал и совершенствовал нечто предпочтительное для него из своих творческих накоплений и что этот отбор делался не только для себя, но имел в виду и некую расширенную аудиторию. В ряде исправлений обращает на себя внимание автоцензура — устранение особо острых или особо интимных моментов текста. Но в основном Лермонтовым руководили прежде всего художественные импульсы — и в силу этого тетрадь XX в качестве сборника авторизованных копий, представляющих собой последние редакции стихотворений, является одним из авторитетных источников текста в собрании сочинений поэта.

Другой образец «избранного» представляет собой лирика Лермонтова в литературном альбоме «Livre de Poésies» приятельницы и дальней родственницы поэта А. М. Верещагиной, заполнявшемся в середине 1830-х годов. Альбом этот, оторвавшийся от основного, находившегося долгое время в Германии архива его владелицы, в настоящее время хранится в библиотеке Колумбийского университета в США (New York, Columbia University, Butler Library, Rare Books and Manuscripts Division, Gen. Ms. 118, Wereshchagin Albums (M. Ju. Lermontov). В нем (далее — Альбом А. М. Верещагиной, США) рукой Лермонтова записан беловой текст восьми его стихотворений: «Звезда» («Вверху одна»), «К ***» («Когда к тебе молвы рассказ»), «Ангел», «К *...» («У ног других не забывал»), «К:» («Я не люблю тебя; страстей»), «К *» («Зови надежду — сновиденьем»), «Желанье» («Отворите мне темницу») и «Челнок» («По произволу чудной власти»). Редакция текста в альбоме отличается от других известных вариантов данных стихотворений. В ряде случаев — это последняя редакция, как например в стихотворениях «Звезда» и «К ***» («Когда к тебе молвы рассказ»), по которой они и печатаются. В других случаях вариантность стихотворений позволяет судить об избирательных критериях автора, запечатлевшего предпочтительный текст в альбоме, где, с одной стороны, лирические мотивы как будто бы глубоко личностны, имеют конкретное биографическое звучание, а с другой — связаны определенными ассоциациями со стихотворениями других авторов, со сквозной литературной темой альбома, его ведущим сюжетом, в частности с мотивами любви и разлуки, возникшими как отзыв на произведения Байрона. Стихотворения Лермонтова в альбоме Верещагиной в отличие от многих других альбомных стихотворений не связаны непосредственно с одним адресатом, например хозяйкой альбома, и являются только весьма опосредованно стихотворениями «на случай». Так, в стихотворении «К *...» («У ног других не забывал»), имеющем в других редакциях подзаголовок «Подражание Байрону», в альбоме сокращена строфа, которая близка к байроновским мотивам, но не соответствует «лирической правде» альбома. Текст сокращенной строфы («Принадлежишь другому ты ~ Корабль умчит меня от ней В безвестную страну»), воспроизводивший весьма значимый для Байрона образ корабля, не соответствовал реальной ситуации. Стихотворение без этой строфы могло подразумевать любого адресата, пожелавшего себя узнать в обращении «К *...». Таким образом, критерии отбора стихотворений для альбома Верещагиной сочетают в себе традиционно альбомный и литературный аспекты, и сами стихотворения в результате существенно отличаются от так называемой дневниковой лирики поэта, хронологически фиксировавшей те или иные моменты внутренней, а иногда и событийной жизни поэта. Стихотворения в альбоме Верещагиной, помещенные среди других записей в альбоме, избраны поэтом как наиболее достойные остаться в памяти современников. Их задача — служить одним из образцов поэзии тех лет. Они включаются в ее эстетическое и смысловое русло и приобретают характер художественного соревнования. Это и делает их прежде всего документом эпохи, а также позволяет судить об особенностях работы Лермонтова над созданием определенного типа лирики.

Сборник «Стихотворения М. Лермонтова» 1840 г. явился как бы завершающим этапом этой многолетней целенаправленной работы Лермонтова по отбору и совершенствованию своих стихотворений. Судя только по сохранившимся текстам, к 1840 г. Лермонтов написал более 400 стихотворений; из них он ввел в книжку 26. На первое место он поставил «объективные» стихи широкого социально-философского звучания и резко понизил удельный вес интимной лирики, занимавшей столь важное место в его раннем творчестве. Открываясь «Песней про царя Ивана Васильевича...» и «Бородином», сборник заключался «Тучами», где был сделан намек на политическое «изгнание» автора.

Первая попытка расширить круг известных по прижизненному сборнику произведений Лермонтова была сделана сразу после его смерти. В журнале «Отечественные записки», в альманахе «Утренняя заря», в первом посмертном собрании сочинений поэта (1842) были впервые опубликованы стихотворения «Я к вам пишу случайно; право», «<Из альбома С. Н. Карамзиной>», «На севере диком», «На светские цепи», «<М. П. Соломирской>» и другие, среди них и ранние произведения — «Парус», «Желанье».

Определившаяся уже тогда тенденция сделать достоянием читателя все, что написано Лермонтовым, была встречена некоторыми критиками неодобрительно. Например, в журнале «Библиотека для чтения» была напечатана статья, резко осуждавшая тех издателей, которые «ради спекуляции нарушают последнюю волю только что скончавшегося таланта, его литературное завещание. Лермонтов оставил завещание, утвержденное пятьюдесятью тысячами свидетелей. Это завещание — изданное им самим перед смертью собрание его стихотворений. В нем поместил он все, что считал достойным себя и читателей из первых своих опытов. Остальное он благоразумно сам предал забвению. По какому же праву, едва закрыл он глаза, спекуляция тотчас исторгает из забвения все эти неудавшиеся, непризнанные пробы юного пера, перемешивает их с хорошими и признанными сочинениями, составляет из этого безвкусную кашу?».2

Иную позицию в вопросе о полноте изданий литературного наследия Лермонтова занял В. Г. Белинский. В статье, опубликованной в «Отечественных записках», он писал: «Такие поэты, как Лермонтов, бывают строже к самим себе, нежели самые строгие и взыскательные их критики. К тому же, перед Лермонтовым лежал длинный и широкий путь будущей славы, и поэт гордо чувствовал в себе прозябание семян великих будущих творений, от этого, естественно, он и не придавал слишком большого значения своим первым опытам. Но неожиданная и преждевременная смерть поэта дала совсем другой оборот делу, и издатели его стихотворений не должны были, скажем более, не имели права не собрать и не сделать известным публике всего написанного Лермонтовым, всего, что только могли они отыскать...

Публика многого, слишком многого лишилась бы, если б издатели стихотворений Лермонтова не сделали известными ей этих великих начатков будущей колоссальной славы будущего великого поэта».3

В приведенной полемике победила точка зрения Белинского. С тех пор в собрания сочинений Лермонтова включалось по мере обнаружения все, что принадлежит перу Лермонтова.

Первые посмертные публикации больших групп стихотворений по автографам были осуществлены: А. А. Краевским в «Отечественных записках» (1841, начиная с августа; 1842 и 1843), А. Н. Афанасьевым, П. А. Ефремовым, М. А. Полуденским, С. А. Рачинским в «Библиографических записках» (1858, 1859 и 1861), С. С. Дудышкиным в «Отечественных записках» (1859), П. А. Ефремовым, П. А. Висковатовым в «Русской старине» (1872, 1873, 1875, 1877 и 1882), П. А. Висковатовым в «Русской мысли» (1881, 1882, 1883 и 1884), И. М. Болдаковым в «Саратовском справочном листке» (1875, 1876).

Журнальные и газетные публикации затем включались в собрания сочинений Лермонтова.

Наиболее значительное пополнение литературного наследия Лермонтова произошло в 1860 г., когда С. С. Дудышкин впервые ввел юношескую лирику поэта в собрание сочинений, осуществлявшееся под его редакцией.4

Большой вклад внесли своими разысканиями новых текстов издатели сочинений Лермонтова П. А. Ефремов (в 70-х годах), И. М. Болдаков и П. А. Висковатов (в 80-х годах).5

К 1889 — 1891 гг., когда вышло в свет первое полное собрание сочинений Лермонтова под редакцией П. А. Висковатова, лирика поэта была представлена уже почти в окончательном своем составе.6

Висковатов же впервые осуществил в главных чертах и тот композиционный принцип, который лег в основу большинства современных изданий: жанровое распределение произведений по томам и хронологическая последовательность внутри каждого тома.

С точки зрения текстологических требований — правильности прочтения автографов, выбора наиболее авторитетного источника текста, учета черновых редакций и вариантов — издание Висковатова содержит серьезные ошибки и неточности. В отдельных случаях он не только ошибался, но и сознательно «исправлял» текст Лермонтова: сглаживал политически острые места, устранял фривольности.

Перед революцией вышло первое академическое издание собрания сочинений Лермонтова,7 поставившее своей целью установление критически проверенного текста. Однако и в этом издании имеет место целый ряд ошибок и неправильных прочтений. Особенно плохо здесь воспроизведена пунктуация Лермонтова. Редактор считал возможным активно вмешиваться в синтаксис лермонтовской речи: дробил цельные предложения на части, расставлял произвольно вопросительные и восклицательные знаки, многоточия и т. д., что привело к значительным смысловым искажениям.

В советские годы первой наиболее обстоятельной работой в области изучения лермонтовских текстов было полное собрание сочинений поэта в издании «Academia».8 В результате систематического пересмотра источников в этом издании представлен критически выверенный и, как правило, точно воспроизведенный текст, сопровожденный необходимым справочным аппаратом. Что касается черновых материалов Лермонтова, то в этом издании осуществлен принцип выборочной подачи вариантов, не всегда отражающий все важные этапы в работе Лермонтова над своими произведениями. Полный свод черновых редакций и вариантов в систематизированном виде дан в академическом издании собрания сочинений Лермонтова, вышедшем в 1954 — 1957 гг.9 В нем также все тексты заново сверены с автографами, копиями, печатными изданиями, в результате чего редакцией принят ряд новых решений в отношении источников текста, исправлены отдельные чтения и ошибки.

Текст этого издания (также с некоторыми исправлениями) был положен в основу четырехтомного собрания сочинений 1958 — 1959 гг. и настоящего собрания сочинений, которое является расширенным переизданием предыдущего. В настоящем издании учтены разысканные за последние годы тексты Лермонтова, а также исследования в области биографии и творчества поэта, закрепленные как в научной литературе, так и в наиболее авторитетных изданиях, вышедших на протяжении 1960 — 1970-х годов («Избранные произведения в двух томах» в большой серии «Библиотеки поэта», 1964; собрания сочинений в четырех томах 1964 — 1965 и 1975 — 1976 гг.). По сравнению с первым изданием четырехтомника в настоящий том введены стихотворения «Один среди людского шума», «Послание», «Ma cousine», a также написанное Лермонтовым совместно с В. А. Соллогубом стихотворение «О, как прохладно и весело нам». В основной корпус перенесена ранняя редакция «Стансов» («Мгновенно пробежав умом») — «Я не крушуся о былом», и — вслед за новейшими авторитетными изданиями — стихотворение «И на театре, как на сцене света», печатавшееся ранее в разделе «Приписываемое Лермонтову». В этот последний раздел также введен один текст — «Любить вас долго было б скучно». С другой стороны, из основного корпуса выведена одна из редакций стихотворения «Тебе, Кавказ, суровый царь земли» (она печатается в томе II настоящего издания как посвящение к «Демону»). Из менее существенных изменений в составе книги укажем на перенесение четверостишия «Had we never loved so kindly» в группу стихотворений 1832 г. и записи народной песни «Что в воде за пыль пылит» из «Приложений» в примечания к стихотворению «Баллада» («В избушке позднею порою»).

В настоящем издании впервые появляется раздел «Коллективное», включающий шуточную «Балладу» («До рассвета поднявшись, перо очинил»), окончание которой дописано В. Н. Анненковой, и упоминавшееся уже совместное стихотворение Лермонтова и Соллогуба.

Следуя в текстологическом отношении за первым изданием настоящего четырехтомного собрания, редакция считала возможным вносить исправления в текст лишь в исключительных и несомненных случаях; так, в настоящем томе восстановлен эпиграф в тексте «Смерти Поэта».

Основным источником текста для изданий сочинений Лермонтова служат его автографы, собранные в настоящее время в крупнейших архивохранилищах страны.

Наиболее значительная часть рукописных текстов стихотворений Лермонтова сосредоточена в его рабочих, черновых и беловых тетрадях, хранящихся в Институте русской литературы (Пушкинский Дом) Академии наук СССР. Автографы Лермонтова имеются также в альбомах П. А. Бартеневой, А. Д. Боратынской-Абамелек, Н. И. Поливанова, А. О. Смирновой, А. А. Углицкой-Альбрехт, Н. С. Шеншина, 3. И. Юсуповой-Шове (Пушкинский Дом).

Богатейшим собранием автографов располагает также рукописный отдел Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина (Ленинград). Здесь хранятся автографы таких значительных стихотворений, как «Смерть Поэта», стихотворений, написанных поэтом в последние годы и месяцы его жизни и находящихся в альбоме М. Ю. Лермонтова и в записной книжке, подаренной Лермонтову В. Ф. Одоевским.

Отдельные автографы поэта находятся в его тетради с записью лекций, читавшихся в юнкерской школе (например, стихотворение «Когда надежде недоступный» в тетради «Лекции из географии»), в письмах Лермонтова разным лицам (стихотворения «Парус», «Он был рожден для счастья», «Что толку жить!.. Без приключений» в письмах к М. А. Лопухиной).

В Государственном Историческом музее (Москва) хранится так называемая «тетрадь Чертковской библиотеки», которая содержит «собственноручные бумаги Лермонтова» (надпись на переплете), находившиеся у А. П. Шан-Гирея. В этой тетради — автографы и копии стихотворений, написанных в 1834 — 1837 гг. Там же хранится альбом, принадлежавший М. С. Полуденскому, с автографом стихотворения Лермонтова, посвященного А. О. Смирновой.

В Центральном государственном архиве литературы и искусства (Москва) находятся альбом кн. П. А. Вяземского с автографом Лермонтова «Мы ждем тебя, спеши, Бухаров» и альбом С. А. Рачинского с автографами стихотворений «Смерть Поэта» (черновик первой части), «Посреди небесных тел», «И скучно и грустно», «Портрет».

Кроме того, автографы Лермонтова имеются в Отделе рукописей Государственной Библиотеки СССР имени В. И. Ленина (Москва): стихотворения «Я к вам пишу случайно; право», «Спор», «Когда волнуется желтеющая нива» и другие, а также послания 1829 г. «К П......ну», «К Д....ву», «К друзьям» и одна из эпиграмм того же года — «Дамон, наш врач, о друге прослезился» в тетради А. С. Солоницкого из собрания Н. С. Тихонравова.

В ряде случаев, когда автографы не сохранились10 источником текста в собраниях сочинений Лермонтова служат копии, сделанные разными лицами. Таковы копии из собрания А. А. Краевского, копии В. Х. Хохрякова и П. А. Висковатова, сделанные с автографов, в то время еще не утраченных (стихотворения «Поле Бородина», «Крест на скале», «В рядах стояли безмолвной толпой», «Юнкерская молитва» и другие).

Иногда даже при наличии автографов в выборе текста предпочтение оказывается печатным публикациям или копиям, если они дают позднейшую, законченную авторскую редакцию (стихотворения «Ангел», «Стансы» («Мгновенно пробежав умом») и другие).

В отдельных случаях, когда автографы утрачены и отсутствуют авторитетные копии, стихотворения печатаются по посмертным публикациям. Например, стихотворение «Графине Ростопчиной» печатается по сборнику «Русская беседа» (СПб., 1841, т. II); «<А. Г. Хомутовой>» — по украинскому литературному сборнику «Молодик» на 1844 г.; стихотворение «Он был в краю святом»  — по «Библиографическим запискам» (1861); группа стихотворений 1830 г. («Благодарю!.. вчера мое признанье», «Передо мной лежит листок», «Итак, прощай! впервые этот звук», «Свершилось! полно ожидать») — по текстам, опубликованным Е. А. Сушковой-Хвостовой в «Библиотеке для чтения» (1844), в «Русском вестнике» (1857) и повторенным в двух изданиях ее «Записок» (1870 и 1928).

Большие трудности представляет датировка стихотворений Лермонтова, особенно тех, автографы которых не сохранились.

В большинстве случаев Лермонтов сам ставил дату написания стихотворений на обложке тетради, в заголовке или в конце текстов. На этом основании — по пометам самого Лермонтова, по нахождению стихотворения в той или иной тетради или же по положению его внутри тетради — и датируется значительное число текстов.11 Так, стихотворения, находящиеся в тетради с названием «Мелкие стихотворения. Москва в 1829 году», датируются 1829 г.; тетрадь VI помечена самим Лермонтовым 1830 г.; в тетрадях VII и VIII многие стихотворения имеют точную дату — год, месяц, число, например стихотворения «10 июля. (1830)»; «30 июля. — (Париж). 1830 года» и другие, а по этим датам устанавливается и время написания расположенных рядом текстов. Та же возможность в тетради XI, заполнявшейся поэтом в 1831 г. Например, стихотворение «Прекрасны вы, поля земли родной», расположенное в тетради XI после стихотворения «Сентября 28», но до стихотворения «Ужасная судьба отца и сына», в котором говорится о смерти отца поэта Ю. П. Лермонтова (умер 1 октября 1831 г.), датируется по положению в тетради осенью 1831 г. и т. д.

В некоторых случаях установление даты написания стихотворений по принципу смежности оказывалось ошибочным. Так, стихотворения, находящиеся в тетради IV после поэмы «Демон», долгое время датировались 1830 г. Лермонтовская помета о годе написания данной редакции поэмы была перенесена и на стихотворения, которые, как теперь установлено, были вписаны в тетрадь значительно позднее, в 1831 и 1832 гг. (см. полное собрание сочинений Лермонтова в изд. «Academia» т. I, с. 417 — 418).

С предположительной датировкой печатаются стихотворения, находящиеся в тетради XX (сборнике писарских копий с поправками Лермонтова). Автографы многих стихотворений этой группы не сохранились. Однако, исходя из датировки тех стихотворений, которые находятся рядом, но переписаны в сборник из тетрадей, имеющих хронологические указания, а также из содержания самих стихотворений, можно прийти к заключению, что первая половина текстов сборника относится с бо́льшим вероятием к 1830 г., а вторая, начиная примерно со стихотворения «Поток», — к 1831 г.12

Не имеют до сих пор точной даты стихотворения, предположительно относимые к концу 1837 — началу 1838 г. («Гляжу на будущность с боязнью», «Слышу ли голос твой», «Как небеса, твой взор блистает», «Она поет — и звуки тают»). Предположительно датируются и такие значительные стихотворения, как «<Из альбома С. Н. Карамзиной>», «Прощай, немытая Россия», «Договор»,

«Из-под таинственной холодной полумаски». Большая группа стихотворений входит в раздел «Стихотворения разных годов», с датировкой еще более приблизительной, чем в названных выше стихотворениях.

Определению некоторых дат, как и уточнению текста ряда стихотворений, помогла находка в 1947 г. так называемой Казанской тетради Лермонтова (продолжение тетради XX), содержащей автографы 9 стихотворений 1832 г. Среди них «Русалка», которая ранее датировалась ошибочно 1836 г.13

Обнаруженный в Германии автограф стихотворения «Посреди небесных тел» с поставленной Лермонтовым датой «16 мая 1840 г.» разрешил сомнение исследователей, датировавших это стихотворение 1833 — 1834 гг., а затем предположительно — 1840 г. Текстологические находки последних десятилетий (альбом А. М. Верещагиной с автографами и рисунками Лермонтова) свидетельствуют о том, что процесс собирания первоисточников произведений Лермонтова не завершен. Многое еще может измениться в прочтении и объяснении его лирики, если будут обнаружены затерянные автографы и документы, содержащие сведения о тех стихотворениях, которые не поддаются в настоящее время полному комментированию.

_______

Вступительная статья, подготовка текста — Т. П. Голованова, комментарии к стихотворениям 1828 — 1832 гг. — Т. П. Голованова, к стихотворениям 1833 — 1841 гг. — И. С. Чистова.

Сноски

1 В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений, т. IV. М., 1954, с. 502 (далее — Белинский).

2 Библиотека для чтения, 1843, т. 56, отд. VI, с. 40.

3 Отечественные записки, 1843, т. 26, отд. VI, с. 1 — 2.

4 Сочинения Лермонтова, приведенные в порядок и дополненные С. С. Дудышкиным, в двух томах. СПб., 1860. — Издание второе, сверенное с рукописями, исправленное и дополненное, вышло в 1862 г. и без изменений было повторено в 1863 г.

5 Сочинения Лермонтова с портретом его, двумя снимками с почерка и статьею о Лермонтове А. Н. Пыпина, в двух томах, издание 3-е, вновь сверенное с рукописями, исправленное и дополненное, под редакцией П. А. Ефремова. СПб., 1873. — Издание с изменениями и дополнениями повторялось в 1880, 1882, 1887 и 1889 гг.

6 Публикации И. М. Болдакова, как и П. А. Висковатова, вошли в кн.: Сочинения М. Ю. Лермонтова, первое полное издание, под редакцией П. А. Висковатова, в шести томах. М., 1889 — 1891. Послереволюционные издания пополнились 13 новыми стихотворениями Лермонтова: «<А. А. Углицкой>» (публикация Б. Л. Модзалевского, альманах «Радуга», 1922); «Никто моим словам не внемлет», «Мое грядущее в тумане» (публикация Н. Пахомова, «Литературное наследство», т. 19 — 21, 1935); два альбомных стихотворения, посвященных Н. Ф. Ивановой и Д. Ф. Ивановой (публикация И. Л. Андроникова, «Литературная газета», 1939); эпиграммы на Булгарина (2) и неустановленное лицо (2) (публикация Э. Э. Найдича, «Литературное наследство», т. 58, 1952); «<А. А. Олениной >» (публикация А. Н. Михайловой, академическое шеститомное издание собрания сочинений Лермонтова, т. 1, 1954); «Один среди людского шума», «Послание», «Ma cousine» (публикация И. Л. Андроникова, «Известия», 1962, и «Записки Отдела рукописей Гос. б-ки СССР им. В. И. Ленина», вып. 26, 1963; затем в книге этого же автора «Лермонтов. Исследования и находки», 1964).

7 Полное собрание сочинений М. Ю. Лермонтова в пяти томах, под редакцией Д. И. Абрамовича, Академическая библиотека русских писателей, вып. 2, издание Разряда изящной словесности Академии наук. СПб., 1910 — 1913. — Второе издание вышло в 1916 г. с небольшими изменениями и дополнениями.

8 М. Ю. Лермонтов. Полное собрание сочинений в пяти томах, под редакцией Б. М. Эйхенбаума. М. — Л., «Academia», 1935 — 1937.

9 М. Ю. Лермонтов. Сочинения в шести томах, под редакцией Н. Ф. Бельчикова, Б. П. Городецкого, Б. В. Томашевского, издание Института русской литературы (Пушкинский Дом) Академии наук СССР. М. — Л., 1954 — 1957 (далее — Лермонтов).

10 Отсутствие автографов в настоящем издании оговаривается лишь в тех случаях, когда не сохранилось вообще никаких авторизованных текстов.

11 В настоящем издании даты, устанавливаемые по положению в тетради, в примечаниях не оговариваются.

12 См.: Литературное наследство, т. 58. М., 1952, с. 394 — 395.

13 См.: Б. М. Эйхенбаум. Казанская тетрадь Лермонтова. — В кн.: Литературное наследство, т. 45 — 46. М., 1948, с. 3 — 10.

© 2000- NIV