Воловой Г. В.: Художественный подтекст как средство раскрытия характеров героев в повестях «Бэла» и «Максим Максимыч» в романе М.Ю.Лермонтова «Герой нашего времени»
2. 1. Роль художественного подтекста в повести «Бэла»

2. 1. РОЛЬ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПОДТЕКСТА В ПОВЕСТИ «БЭЛА»

Выявление художественного подтекста в повести «Бэла» позволяет по-новому взглянуть на поступки героев и дать новую интерпретацию их характеров.

Максим Максимыч рассказывает повествователю, что недалеко от крепости жил «мирной князь». Находясь во враждебной среде, штабс-капитан понимал, как важно поддерживать дружественные связи с близлежащими аулами. Такие аулы, как правило, считались мирными, то есть, брали на себя обязательство не чинить нападений на русские войска. Однако в любой момент они могли изменить своим обязательствам и поддержать враждебные русским повстанческие отряды. Поэтому, важно было иметь личные отношения. Максим Максимыч сблизился с князем и стал его кунаком. По приглашению князя он отправился на свадьбу, когда тот выдавал старшую дочь. В качестве своего спутника он взял Печорина. Это было прекрасное развлечение в скучной жизни офицеров.

Образ Максима Максимыча прочно вошел в сознание русского, а затем и российского читателя, как образец доброго и простодушного офицера. Так ли это? Давайте более внимательно приглядимся к поведению штабс-капитана.

Рассказывая историю, Максим Максимыч извиняется перед слушателем, в котором заранее предполагает неодобрение за его общение с горцами - «ворами» и «разбойниками».

Стремление принизить быт и обычаи горцев характерно для рассказа Максима Максимыча. С чувством пренебрежения он говорит Печорину: «…у этих азиатов все так: натянулись бузы, и пошла резня». Также уничижительно он отзывается и о самом свадебном обряде, в котором не видит ни красоты, ни проявления народного духа. Он не видит красоты в джигитовке. Для него горец, который берет на себя роль забавника для зрителей, представляется как «оборвыш, засаленный, на скверной, хромой лошаденке, ломается, паясничает, смешит честную компанию». Также полупрезрительно отзывается он и об ашугах, народных любимцах: «Бедный старичишка бренчит на трехструнной… забыл как по ихне-му…» (курсив мой - Г. В.). Употребление уничижительно-презрительных слов в устах штабс-капитана говорит о плохой стороне его души, о неприятии народа, в окружении которого он живет.

Описывая свадьбу, он осуждает обычай всех «встречных и поперечных приглашать на свадьбу», хотя в самом таком обычае можно видеть элементы демократичности горского общества, когда даже к князю может прийти в гости человек простого звания, что было недопустимо на свадьбе светского вельможи в России.

Здесь на горской свадьбе Печорин впервые видит Бэлу. Она подходит к нему и поет песню.

«Печорин встал, поклонился ей, приложил руку ко лбу и сердцу».

Максим Максимыч говорит, что Печорин «просил меня отвечать ей». Что именно передал Печорин девушке, штабс-капитан не сообщает. Почему? Возможно, писатель посчитал жестов Печорина вполне достаточными, но возможно и Максим Максимыч не хочет подчеркивать свою оплошность, заключающуюся в том, что он вовремя не придал значения словам своего подчиненного, который в последствии принес ему столько неприятностей. Можно с большей определенностью сказать, что и в словах переведенных Максимом Максимычем, Печорин также выразил свою симпатию. Печорин понял, что хочет Бэла, и решил осуществить план похищения.

Таким образом, выявление художественного подтекста, в эпизоде свадьбы позволяет выявить тайные желания героев. Художественный подтекст становится важным композиционным элементом в развитии сюжета повести. Здесь Бэлой был дан импульс к последующим действиям Печорина. Это рассуждение является важным для оценки Печорина. Считается, что Печорин является в эгоистом, потому что вырывает Бэлу из «родной» для нее обстановки. Но события на свадьбе свидетельствуют о другом. Печорин действует исходя не из своего эгоизма, а из желания Бэлы. Если бы он на свадьбе не увидел симпатии девушки в свой адрес, то он, разумеется, не стал бы готовить похищение. Его менталитет европейца никогда бы не позволил бы этого сделать. А поступает он в высшей степени смело. Он идет навстречу препятствиям ради любви, ведь Бэла ему также нравится Лермонтов не раскрывает внутреннюю гамму переживаний Бэлы и Печорина. Он только замечает, что «Печорин в задумчивости не сводит с нее глаз, и она частенько исподлобья на него посматривала».

Могла ли Бэла полюбить ярко, глубоко, внезапно? Да.

«Да, она нам призналась, что с того дня, как увидела Печорина, он часто ей грезился во сне, и что ни один мужчина никогда не производил на нее такого впечатления».

После свадьбы Бэла часто вспоминала Печорина. Любовь тем ярче и сильней, чем недоступней объект ее внимания, однако чувство не может до конца жизни поддерживаться одним ярким впечатле-нием: время стерло бы прекрасные черты русского офицера. Бэла вышла бы замуж, а заботы о семье поглотили бы ее существо. Такой сюжет более отвечал реальности жизни. Однако всякая жизненная ситуация предполагает и самый неожиданный исход.

Появляется еще один герой, который следит за Бэлой, — это Казбич.

«В этот вечер Казбич был угрюмее, чем когда-нибудь, и я заметил, что у него под бешметом надета кольчуга. «Недаром на нем эта кольчуга, — подумал я, — уж он, верно, что-нибудь замышляет».

Что же мог замышлять на свадьбе Казбич? Для чего ему понадобилось прятать под бешметом кольчугу? Догадаться нетрудно: он, вероятно, намеревался похитить Бэлу. Случай для похищения удобный. А вот Максим Максимыч по-другому воспринимает приготовления Казбича.

В разгар свадьбы Максим Максимыч «вдруг» решил проверить лошадей. Осторожный и опытный, Максим Максимыч не доверял горцам, поэтому на всякий случай, решил принять меры предосторожности.

«Мне вздумалось завернуть под навес, где стояли наши лошади, посмотреть, есть ли у них корм, и при том осторожность никогда не мешает… Пробираюсь вдоль забора и вдруг слышу голоса». (курсив мой - Г. В.).

Если Максиму Максимычу «вздумалось» заглянуть к лошадям, то зачем ему «пробираться», а не идти вдоль забора?

Пробираются тогда, когда хотят пройти незаметно, тайком. Это позволяет извлечь имплицитное содержание из данного контекста, у Максима Максимыча была уверенность в покушении на его лошадку. На свадьбе он заметил кольчугу на Казбиче и это, вероятно, это стало причиной его подозрений. И из сакли он выходит тогда, когда в ней уже нет Казбича. Как покажут последующие события, на лошадку Максима Максимыча никто не собирался покушаться, однако признаться в своих подозрениях перед офицером-повествователем он не хочет.

Максим Максимыч становится тайным свидетелем разговора Казбича и Азамата. Он подслушивает разговор, пытаясь узнать о коварных замыслах горцев относительно его лошадки, а затем уже ради любопытства. Как можно интерпретировать сам способ получения информации? Сказать, что, подслушивая, Максим Максимыч поступает слишком плохо, нельзя. В тех реальных условиях, когда можно было подвергнуться коварному нападению с любой стороны, приходилось быть все время начеку. Таким образом, на наш взгляд, можно оправдать поступок Максима Максимыча. Однако надо отметить, что подслушивать, выведывать чужие секреты в природе характера Максима Максимыча. И если в эпизоде на свадьбе можно оправдать его поступок, то нельзя оправдывать, когда он подслушивает и подглядывает за объяснениями Бэлы и Печорина: «Только стоя за дверью, я мог в щель рассмотреть ее лицо…».

Лермонтов одним из первых русских писателей создал правдивые образы горцев. Писатель исследует горский характер не в романтическом ключе, а в реалистическом изображении наиболее типических черт. Он создает живых людей, с реалистической достоверностью передает горскую психологию. В создании образов горцев Лермонтов изображает художественные типы, которыми можно восхищаться, но можно и осуждать. К сожалению, исследователи анализу характеров горцев уделяли мало внимания, в основном их усилия были сосредоточены на обвинении Печорина в эгоизме. Печорин превратился в некую демоническую фигуру, который разрушил жизнь горцев: по его вине, как считают исследователи, Азамат убежал из дома, его отец убит, Казбич лишился коня, Бэла погибла. На самом деле действия горцев предопределены не демоническим влиянием на них Печорина, а логикой собственного характера и особенностью горских нравов и обычаев. Они вполне самостоятельны в своих поступках, и не Печорин принуждает их к поступкам, а собственные страсти и желания.

Писатель, разрабатывая образы горцев, показывает два противоположенных типа характера, которые противостоят друг другу. Это Казбич и Азамат. «Это место повести вполне знакомит читателя с черкесами как племенем, - пишет Белинский, - и в нем могучею художническою кистью обрисованы характеры Азамата и Казбича, этих двух резких типов черкесской народности» [Белинский 1978: 93].

Казбич – решающая фигура в развитии действия. Лермонтов исследует характер горца в различных ситуациях. Он испытывает его на прочность, - сможет ли Казбич с честью и достоинством выйти из трудного положения? Он дает возможность читателю по достоинству оценить этот трагический характер.

Первое упоминание о Казбиче прозвучало в рассказе Максима Максимыча в эпизоде свадьбы. «Только не один Печорин любовался хорошенькой княжной; из угла комнаты на нее смотрели другие два глаза, неподвижные, огненные. Я стал вглядываться и узнал моего старого знакомца Казбича».

В точных и лаконичных словах Лермонтов передал глубину чувства Казбича. Он любит Бэлу. Он ценит ее красоту. Это его мир и это его женщина. Не появись Печорин на свадьбе старого князя, Казбич стал бы для Бэлы лучшим выбором, потому что его душа во многом созвучна душе Бэлы. Эти два характера объединяет цельность, любовь к родному краю, умение любить и умение быть преданным своей любви.

Жизнь Казбича - это жизнь абрека. Он занимается воровством баранов: «…говорили про него, что он любит таскаться за Кубань с абреками». Он ведет вольную жизнь, как это ему предписали древние законы гор. Несмотря на свое презрительное отношение к горцам, Максим Максимыч выражает искреннее восхищение своим кунаком: «…маленький, сухой, широкоплечий… А уж ловок-то, ловок-то был, как бес! Бешмет всегда изорванный, в заплатках, а оружие в серебре».

Во время рассказа Максим Максимыч не чернит своего кунака, в той части, где он признает за ним положительные качества, даже, несмотря на то, что, на момент повествования знает, что Казбич стал его врагом. Такое повествование необходимо, чтобы сохранить достоверность событий, конечно, это и оценка самого Лермонтова, вложенная в уста Максима Максимыча. Лермонтов восхищается своим героем. Для него он становится воплощением настоящего мужества и удали.

Камнем преткновения истории Бэлы стала лошадь Казбича. Значение коня для горца было огромное. Цена его порой была так высока, что за него отдавали целое состояние. Описывая Карагеза, Максим Максимыч делает различные одобрительные сравнения и даже сравнивает его с красотой Бэлы: «вороная как смоль, ноги – струнки, и глаза не хуже, чем у Бэлы; а какая сила! скачи хоть на пятьдесят верст; а уж выезжена – как собака бегает за хозяином, голос даже его знала! Бывало, он ее никогда и не привязывает». Поэтический и точный язык Максима Максимыча создает образ героического коня, но словно очнувшись от собственной заво-раживающей речи, он извиняющимся тоном добавляет: «Уж такая разбойничья лошадь!…». Восхищение лошадью объединяет образ Максима Максимыча и кавказца, который может бесконечно долго обсуждать достоинства и недостатки лошади. Лермонтов верен своему принципу повествования - сначала он создает внешний образ, обрисовывает наиболее характерные черты, а затем непосредственно переходит к событиям. После описания Карагеза писатель переходит к его истории и событиям вокруг него.

«- Славная у тебя лошадь! – говорил Аза мат, - если б я был хозяин в доме, имел табун в триста кобыл, то отдал бы половину за твоего скакуна, Казбич!»

Казбич начинает неторопливо рассказ о своем героическом коне. Для него Карагез является верным другом, который не раз спасал его от верной гибели. Во время одного из набегов на русских за ним была организована погоня.

«За мной неслись четыре казака; уж я слышал за собою крик гяуров, передо мною был густой лес. Прилег я на седло, поручил себя аллаху и в первый раз в жизни оскорбил коня ударом плети». (курсив мой - Г. В.).

Казбич посчитал, что оскорбил коня, ударив его плетью. В этом выражена любовь и почитание Карагеза, как равного ему существа. Он сравнивает коня с птицей. В густом лесу они скачут сквозь колючки и ветки. Казбич подвергает себя смертельной опасности. Конь мог разбиться в любую секунду, разбился бы вместе с ним и Казбич. Горец понимает, что с точки зрения целесообразности он принял неправильное решение: «Лучше было бы мне его бросить у опушки и скрыться в лесу пешком, да жаль было с ним расстаться, - и пророк вознаградил меня». (курсив мой - Г. В.).

Горец готов был пожертвовать жизнью ради любимого коня. Обращение к богу является характерным в его понимании судьбы и событий, которые с ним произошли. Пророк его вознаградил, как считает Казбич, за его преданность Карагезу. Но погоня была еще впереди. Неожиданное препятствие заставило расстаться Казбича с его лошадью.

«Вдруг передо мною рытвина глубокая; скакун мой призадумался – и прыгнул. Задние его копыта оборвались с противного берега, и он повис на передних ногах. Я бросил поводья и полетел в овраг; это спасло моего коня: он выскочил».

Карагез ведет себя в описании Казбича как человек. Он «призадумался» перед рытвиной. Он оценивал свои возможности преодолеть овраг. Совсем немного ему не хватило для успешного преодоления препятствия. В этот момент Казбичу выпало второе испытание. Он мгновенно оценил ситуацию: вместе с ношей его лошади не выбраться, и, не раздумывая, подверг себя смертельной опасности: «Я бросил поводья и полетел в овраг; это спасло моего коня: он выскочил».

Овраг был настолько глубок, что казаки не стали спускаться вниз: «…они, верно, думали, что я убился до смерти». Была и другая причина, по которой преследователи не стали опускаться в овраг. Они оценили великолепные скаковые качества Карагеза и бросились, не теряя времени, ловить его: «…все кинулись ловить его с криком; долго, долго они за ним гонялись, особенно один раза два чуть-чуть не накинул ему на шею аркана; я задрожал, опустил глаза и начал молиться».

Обращение Казбича к богу говорит о религиозности горца, это свидетельствует о его высоких нравственных ценностях. Для Лермонтова обращение его героя к богу является ценным личностным качеством. Бэла остается верной своей религии. Она долго не могла примерить в своей душе другую веру Печорина, пока он не нашел неопровержимых для нее аргументов.

Казбич ведет внутренний диалог с богом. Для него он строгий судья, который спросит и накажет, если он совершит несправедливый поступок. В сознании Казбича спасение Карагеза – это вознаграждение пророка за его преданность коню: «…вижу мой Карагез летит, развевая хвост, вольный как ветер, а гяуры далеко один за другим тянутся по степи на измученных конях. Валлах! это правда, истинная правда!»

Казбич называет своего коня товарищем, он дает ему разные нежные имена. Любовь к коню открывает в Казбиче искреннюю любящую душу. После рассказанной истории, становится понятным, что Казбич расправится со всяким, кто попытается отнять у него лошадь. Все последующие действия Казбича можно понять и оправ-дать этим мотивом.

Азамат после рассказа Казбича готов отдать уже тысячу кобыл, будь у него такая возможность. И можно не сомневаться в искренности княжеского сына, он действительно готов пожертвовать огромным состоянием, ради обладания Карагезом.

«- Йок, не хочу, - отвечал равнодушно Казбич».

Казбич с безразличием относится к деньгам. Даже сама мысль стать обладателем несметного богатства оказывается для него никчемной, по сравнению с его любимой лошадью. Такое отношение к деньгам также является положительной стороной характера Казбича. Он предан своим друзьям, и ни за какие деньги их не предаст. Азамат не понимает эту сторону души Казбича. Он продолжает упрашивать, пуская в ход слезы, мольбы, лесть. Он страстно влюблен в Карагеза. Он также поэтическим языком описывает достоинства коня.

«- В первый раз, как я увидел твоего коня, - продолжал Азамат, - когда он под тобой крутился и прыгал, раздувая ноздри, и кремни брызгами летели из-под копыт его, в моей душе сделалось что-то непонятное, и с тех пор мне все опостылело: на лучших скакунов моего отца смотрел я с презрением…».

Любовь к коню Азамата эгоистична. Ему безразлично, что это сам Казбич воспитал свою лошадь, что он вложил в нее свою душу и любовь. Наконец, он решается предложить Бэлу. Он делает свою родную сестру предметом торга. Он предает ее. Как брат он должен был бы защищать ее от опасностей, вместо этого он готов ею пожертвовать ради собственной прихоти.

«- Послушай! – сказал твердым голосом Азамат, - видишь, я на все решаюсь. Хочешь, я украду для тебя мою сестру? Как она пляшет! как поет! а вышивает золотом – чудо! Не бывало такой жены и у турецкого падишаха… Хочешь? дождись меня завтра ночью там в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо в соседний аул, - и она твоя. Неужели не стоит Бэла твоего скакуна?» (курсив мой - Г. В.).

Казбич был поставлен перед большим искушением. Он получил возможность завладеть Бэлой. Ему надо лишь принять условия сделки. Обменять своего верного товарища на любимую женщину. Как же себя повел в этой ситуации горец?

«Долго, долго молчал Казбич; наконец вместо ответа он затянул старинную песню вполголоса:

Много красавиц в аулах у нас,
Звезды сияют во мраке их глаз.
Сладко любить их, завидная доля;
Но веселей молодецкая воля.
Золото купит четыре жены,
Конь же лихой не имеет цены:
Он и от вихря в степи не отстанет,
Он не изменит, он не обманет».

В традиционном толковании долгое молчание Казбича означает, что в его душе идет борьба между страстью к Бэле и любовью к коню. Решение дается нелегко: дорога ему девушка, но конь дороже. Он обосновывает свой выбор тем, что цена коня не сравнима с ценой женщины, что за золото можно купить не одну, а целых четырех жены. Конь же является другом, а друзья не продаются. Потеряв коня-друга, он не найдет ему замены.

Однако в данной интерпретации исследователи не заметили очень существенной моральной проблемы. Сомнения, которые испытывал Казбич, означают, что он хотел предать своего друга. Он не обменял его, раздумывал, взвешивал. Таким образом, своим размышлением он совершает предательство в своей душе. И все это происходит после его восторженного рассказа, где конь спас ему жизнь!

Получается, что Максим Максимыч прав, когда говорит, что веры горцам нет, что они по натуре своей предатели и лгуны? Значит и сам Лермонтов видит в горцах отрицательные качества харктера, если даже их герои несут черты предательства? Разумеется, это не так. Данный эпизод говорит о том, что психологизм героев Лермонтова чрезвычайно сложен. Анализ имплицитного содержания позволяет вычленить другую смысловую парадигму.

Писатель указывает читателю на истинные причины, побудившие Казбича долго не давать ответ. Действительно, предложение Азамата было весьма соблазнительным. У Казбича появилась возможность не только овладеть Бэлой, но и сохранить Карагеза: «…дождись меня завтра ночью там в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо в соседний аул». Согласившись на сделку, Казбичу ничего не стоит напасть на Азамата и убить его, бросив тело в речку. Лермонтов не случайно описывает место возможного обмена. Имплицитное содержание данного контекста позволяет понять причину долгого молчания Казбича. Он размышлял не об обмене своего лучшего друга, а о возможности похитить Бэлу бесчестным образом. Он может коварным способом овладеть женщиной, если даст согласие на сделку, а потом вероломно нарушить ее. Лермонтов ставит своего героя перед сложным нравственным выбором. Получить желаемое, но потерять честь горца, предать собственное мужское слово или отказаться от сделки, но сохранить свою чистоту перед собой, перед своим народом и перед богом. Казбич остается верным горским традициям. Он не может нарушить слово, которое даст Азамату, поэтому он отказывается от сделки. Быть может, случайно встретив Азамата с Бэлой, он бы отбил горянку, но быть вероломным, не сдержать обещания, ему не позволила горская честь. Таким образом, Казбич является носителем лучших традиций горского кодекса чести. Противоположностью Казбича выступает Азамат. Он готов ради страсти к коню совершить убийство.

«Поди прочь, безумный мальчишка! Где тебе ездить на моем коне? На первых трех шагах он тебя сбросит, и ты разобьешь себе затылок о камни.

- Меня! – крикнул Азамат в бешенстве, и железо детского кинжала зазвенело об кольчугу. Сильная рука оттолкнула его прочь, и он ударился об плетень так, что плетень зашатался». (курсив мой - Г. В.).

Буквальный смысл слов «и железо детского кинжала зазвенело об кольчугу» говорит о том, что кинжал соприкоснулся с кольчугой, в результате чего раздался звон. Прямого указания на нападение в этом предложении не содержится. Находясь на близком расстоянии, Азамат мог во время разговора случайно коснуться кольчуги Казбича. Ответить, что именно стало причиной соприкосновения кольчуги и кинжала, помогает извлечение имплицитного содержания из данного контекста. Предыдущее предложение указывает на сильный гнев Азамата. Это говорит о том, что он использует кинжал для нападения на Казбича.

«Конечно, категорический отказ Казбича, да еще выраженный весьма резко, - пишет Н. Долинина, - оскорбил Азамата, и он сначала бросился на оскорбителя с оружием» [Долинина 1985: 188].

Н. Долинина считает, что Казбич сам спровоцировал Азамата на нападение, он оскорбил юношу. При этом она забывает, что Казбич пользуется безусловным правом на собственного коня и, отказав в его продаже, обмене, он никому тем самым не может нанести оскорбления. Казбич сначала очень долго объяснял юноше, что конь не продается, и это было бы вполне достаточно, чтобы прекратить разговор. Азамат напротив, продолжает настаивать на своем предложении. В этом случае сам Казбич вправе обидеться – ведь его принуждают изменить лучшему другу, верному Карагезу. Кроме того, закон гор гласит, что младший уважает старшего.

Младший должен снести обиду. Азамат только «мальчик лет пятнадцати», а Казбич – зрелый муж, за свое удальство пользующийся уважением народа. Он в данной ситуации не выступает «оскорбителем», потому что имеет полное право, согласно горским традициям, говорить резко с юнцом, который после твердого отказа продолжает уговаривать отдать коня, вместо того, чтобы прекратить разговор.

Отказ Казбича продать Карагеза не может служить мотивом к убийству, зато, подвергшись нападению, он вправе убить Азамата. Однако Казбич этого не делает, он только «отталкивает» безрассудного мальчишку – не честь ему, джигиту, отвечать на глупую выходку княжеского сына. Кроме того, он понимает, что станет кровником князя и, следовательно, никогда не сможет посвататься к Бэле. Казбич ведет себя очень осторожно в критические минуты.

Дальнейшие события говорят о злом умысле Азамата. Не имея возможности законным путем договориться с хозяином Карагеза, он возводит на него клевету, утверждая, что сам подвергся нападению.

«Через две минуты уж в сакле был ужасный гвалт. Вот что случилось: Азамат вбежал туда в разорванном бешмете, говоря, что Казбич хотел его зарезать». (курсив мой - Г. В.).

Сам факт, что Азамат намерено пытался убить, чтобы завладеть чужим конем, намерено разорвал свой бешмет и оклеветал Казбича, намерено похищает родную сестру - заставляет рассматривать Азамата в отрицательном свете.

Для Казбича дело обернулось плохо. Разгневанные родственники и друзья князя попытались его убить. Максим Максимыч говорит, что стоял «крик, шум, выстрелы», то есть стреляли в Казбича, а он: «…был верхом и вертелся среди толпы, по улице, как бес, отмахиваясь шашкой».

Как повел себя в этой ситуации Максим Максимыч? Он предложил Печорину немедленно отправиться домой. «Плохое дело в чужом пиру похмелье, - сказал я Григорью Александровичу, поймав его за руку: - не лучше ли нам поскорее убраться»

Казалось бы, нет ничего предосудительного в том, что штабс-капитан поспешил удалиться из опасного места. Быть может, он тем самым избежал неприятной для себя ситуации или даже спас себе жизнь. Мало ли чем могла закончиться потасовка на свадьбе. Разгоряченные горцы могли припомнить Максиму Максимычу и Печорину, что они являются боевыми офицерами русской армии. Следовательно, поступок коменданта крепости можно объяснить, как поступок очень осторожного и предусмотрительного человека. В данной интерпретации характер Максима Максимыча, разумеется, нельзя рассматривать с отрицательной стороны. Между тем поведение Максима Максимыча на свадьбе является важным элементом для освещения его истинного характера. Что именно упускают исследователи? Есть два очень важных момента относящихся к событиям на свадьбе.

Первое, Максим Максимыч является единственным свидетелем разговора Казбича и Азамата. Причем он является тайным свидетелем. Горцы не знают, что весь их разговор был подслушан. Значит единственным человеком, который может восстановить истину, является Максим Максимыч.

Второе, Максим Максимыч является кунаком и князя и Казбича, а кунаки обязаны были выручать друг друга в случае ссоры, драки, убийства. На Кавказе издавна бытует обычай гостеприимства. По адатам хозяин охраняет гостя, последний чувствует себя в полной безопасности, находясь у кунака. Даже отношение к врагу менялось, когда этого требовал обычай. «Этими свойствами наделен и Измаил-бей, - пишет Г. Г. Ханмурзаев, - Например, он проявляет акт внимания и гостеприимства даже по отношению к своему врагу – заблудившемуся в горах русскому воину. Измаил-бей принимает его, как подобает кавказцу, с честью и проявляет о нем заботу» [Ханмурзаев 1988: 80].

Куначество накладывало определенные моральные обязательства. Максим Максимыч, отправляясь на свадьбу, хорошо знает, что находится под защитой князя, поэтому он и едет без охраны. А ведь он был очень осторожным человеком, достаточно вспомнить, как он взял в качестве своей охраны несколько солдат, когда отправился с Печориным на охоту. Штабс-капитан рассчитывает на помощь горцев, своих кунаков. В свою очередь, он не считает себя обязанным выполнять эти соглашения. На его глазах убивают его кунака Казбича. Он может, одним словом остановить кровопролитие, но он этого не делает. Более того, по отношению к другому своему кунаку – старому князю, он также нарушает свои обязательства. Теперь у старого князя с Казбичем смертельная ссора

Но есть ли оправдания поступку Максима Максимыча? Быть может, он сам мог подвергнуться смертельной опасности и поэтому решил не вмешиваться в дела горцев? Нет, штабс-капитан ничем ни рисковал. Его мнение, как человека уважаемого, было бы решающим. И более того, желанным, так как ни старый князь не хотел ссоры с таким отчаянным джигитом как Казбич, так и ни сам Казбич, заинтересованный посватать Бэлу. Кунаки Максима Максимыча были бы рады, разумеется, если бы смертельная ссора завершилась примирением. Максим Максимыч предает своих кунаков, в результате чего, Казбич едва не погиб, а старый князь стал жертвой его мести за похищенного Карагеза.

Но даже если бы он не имел моральных обязательств, накладываемых куначеством, он должен был бы предотвратить покушение на убийство невинного человека. Положительный герой не будет самоустраняться в данной ситуации, он выполнит свой долг и сделает все, чтобы спасти человека, которому грозит смертельная опасность.

Лермонтов последовательно развертывает характер своего персонажа. После того, как Максим Максимыч на словах выказал свое нерасположение к горцам, уже в своем поступке выявляет враждебное отношение к ним. Он совершает зло.

Художественный образ Максима Максимыча рассматривается в исследовательской литературе как национальный тип простого русского человека из народа. По общему мнению критиков он воплощает в себе лучшие черты народного характера - доброту, человечность, преданность, искренность. Его портрет стоит в одной галерее с такими представителями русского народа, как капитаны Хлопов и Тушин Толстого. Традиционно считается, что образ Максима Максимыча противостоит Печорину. Он является представителем народа на страницах романа.

Несмотря на то, что сразу после выхода романа «Герой нашего времени» вокруг него развернулись ожесточенные споры, образ штабс-капитана вызвал восторженные оценки. Довольно неожиданно свою симпатию к старому кавказцу с кабардинской трубочкой высказали критики разных идеологических направлений. Реакционные критики, так называемого лагеря «официальной народности» ругали роман, Печорина, Лермонтова, но хвалили Максима Максимыча. Им противостояли критики демократической направленности, которые также хвалили штабс-капитана. Сложилось парадоксальное единство мнений - образ Максима Максимыча стал примиряющим началом для идейных противников.

«Из побочных лиц первое место мы, конечно, должны отдать Максиму Максимовичу, - писал С. Шевырев, - Какой цельный характер коренного русского добряка, в которого не проникла тонкая зараза западного образования; который, при мнимой наружной холодности воина, наглядевшегося на опасности, сохранил весь пыл, всю жизнь души; который любит природу внутренне, ею не восхищаясь, любит музыку пули, потому что сердце его бьется при этом сильнее...» [Шевырев 1841: 80].

Еще в более восторженном духе высказывается по поводу штабс-капитан Белинский.: «…и вы увидите, какое теплое, благородное даже нежное сердце бьется в железной груди этого, по-видимому, очерствевшего человека; вы увидите, как он каким-то инстинктом понимает все человеческое и принимает в нем горячее участие; как, вопреки собственному сознанию, душа его жаждет любви и сочувствия, - и вы от души полюбите простого, доброго, грубого в своих манерах, лаконичного в словах Максима Максимыча… А Максим Максимыч, этот добрый простак, который и не подозревает, как глубока и богата его натура, как высок и благо-роден он?» [Белинский 1978: 103].

Приветствует Максима Максимыча и царь Николай первый, который по достоинству оценил преданность Максима Максимыча.

«Характер капитана прекрасно намечен. Когда я начинал эту историю, я надеялся и радовался, что, вероятно, он будет героем нашего времени, потому что в этом классе есть гораздо более настоящие люди, чем те, кого обыкновенно так называют. В кавказском корпусе есть много подобных людей, но их слишком редко узнают; но в этом романе капитан появляется как надежда, которая не осуществляется. Господин Лермонтов был не способен провести до конца этот благородный и простой характер и заменяет его жалкими, очень малопривлекательными личностями, которые, если бы они и существовали, должны были быть оставлены в сторо-не, чтобы не возбуждать досады. Счастливого пути, господин Лермонтов; пусть он очистит свою голову, если это возможно, в сфере, в которой он найдет людей, чтобы дорисовать до конца характер своего капитана, предполагая, что он вообще в состоянии его схватить и изобразить» [Лермонтов 1964: 400-401].

Свою положительную оценку дает один из основателей психологического направления в теории литературы Д. Н. Овсянико-Куликовский. Он считал, что Печорин, не способный понять «чужое душевное состояние», не смог ничего взять: «…от доброго и по-своему умного Максима Максимовича... В этом смысле простая душа старого штабс-капитана оказалась богаче сложной души Печорина» [Осьмаков 1981: 146-147].

Современные исследователи также в целом положительно рассматривают образ Максима Максимыча. «В Максиме Максимыче воплощены характерные черты лучших людей из толщи народной: доброта и привязанность к людям, скромность и неброское мужество, верность своему долгу и умение преодолевать трудности, честность и прямота суждений» - пишет И. Е. Каплан. [Каплан 1997: 45].

«Максим Максимыч, мужественный без позы, добрый без каких-либо аффектаций, скромный до самоунижения» - подтверждает А. И. Ревякин. [Ревякин 1985: 350].

«Д. Д. Благой пользуется доводами своих предшественников. Он вслед за другими возвышает образ Максима Максимыча как «свидетельство все нарастающей» в творчестве Лермонтова «стихии народности»… Максим Максимыч – «простой, обыкновенный человек» – противопоставляется Печорину – аристократу…» [Григорьян 1975: 14].

Однако надо отметить, что, несмотря на дружественное отношение критиков к «добрейшему» Максиму Максимычу, в исследовательской литературе встречается и осторожная критика в его адрес. Но, она, как правило, касается не характера штабс-капитана или его поступков, а режима царизма, которому был предан Максим Максимыч.

«Характер Максима Максимыча не так гармоничен и целен, как представляется на первый взгляд, и он неосознанно драматичен в своей внутренней раздвоенности, - пишет Б. Т. Удодов, - С одной стороны, это образ - воплощение лучших национальных качеств русского народа, его человеческих сущностных сил, а с другой – его исторической ограниченности на определенном этапе развития, косной силы вековых традиций и привычек, невольно служивший опорой для самодержавно-деспотической власти» [Удодов 1989: 96].

Исследователь видит раздвоенность характера Максима Максимыча в том, что лучшим качествам русского народа противостоит историческая ограниченность вековых традиций и привычек. Надо отметить, что эту драматичность Максим Максимыч не особенно-то переживает. Говорить, что он неосознанно служит «самодержавно-деспотической власти» неверно, потому что он согласен с колонизацией Кавказа.

Б. Т. Удодов делает робкие попытки развенчать идеал в лице Максима Максимыча и оправдать Печорина: «Недаром время от времени истолкователи лермонтовского романа, сопоставляя Печорина с Максимом Максимычем, делали заключение о том, что с наибольшей полнотой авторский идеал человека выражен не в раздвоенно-противоречивом индивидуалисте Печорине, а в цельной и глубоко человечной натуре Максима Максимыча. Но так ли это? В отличие от Печорина Максим Максимыч почти полностью лишен личностного самосознания, критического отношения к существующей действительности, он пассивно ее приемлет такой, какой она есть, не рассуждая, выполняет свой «долг» [Удодов 1989: 96].

Расшифровка «долга», который выполняет Максим Максимыч, приводит к конкретной исторической ситуации, когда самодержавная Россия подчиняла своей силе сопредельные земли. Поэтому исследователь уклоняется от точного толкования довольно острого для его времени вопроса, ограничиваясь намеком. Точное толкование конкретной исторической ситуации, безусловно, привело бы к новому пониманию характера Максима Максимыча и новой интерпретации идейно-художественного содержания романа. Высказывает сомнения по отношению к образу Максима Максимыча К. Н. Григорьян. Он говорит «об ограниченности» и «уязвимости» его жизненной позиции: «Чему тут восхищаться? Тем, что придавленный суровыми обстоятельствами жизни, человек покорно тянет нелегкую свою лямку. Как бы высоко не ценить достоинства Максима Максимыча, надо, наконец, понять, что он, как писал Б. М. Эйхенбаум, «не в силах противостоять Печорину в качестве разоблачающего персонажа, даже в эпизоде прощания и обиды» [Григорьян 1975: 253-254].

Очень глубокий и тонкий исследователь творчества Лермонтова Н. Долинина также дает положительную характеристику Максиму Максимычу, но в отличие от других исследователей она переходит к открытой критике взглядов, высказываемых штабс-капитаном по отношению к горцам. По существу она начинает делать первые шаги к развенчиванию образа «кавказца».

«Штабс-капитан привык, не задумываясь, осуждать горцев. Мы еще много раз увидим: в каждом кавказском народе он находит недостатки. Осетины плохи тем, что у них «и к оружию никакой охоты нет: порядочного кинжала ни на одном не увидишь»; чеченцы и кабардинцы – «разбойники, голыши», «дьяволы», «мошенники» [Долинина 1985: 181].

Однако анализ Н. Долининой не идет далее осуждения взглядов Максима Максимыча. Она не рассматривает его поступки по отношению к горцам, и в целом относит штабс-капитана к положительным героям. Ей непонятны поступки Печорина по отношению к «доброму» Максиму Максимычу, и она старается понять и оправдать их, но доказательной базы привести не может.

В чем заключалась главная ошибка исследователей в раскрытии характера Максима Максимыча? В том, что они придавали мало значения индивидуальным поступкам героя. Их анализ чаще всего сводится к оценке душевных переживаний штабс-капитана, но при этом ускользали такие важные характеризующие персонаж уточнения: почему герой говорит именно так, какие обстоятельства этому предшествовали, какие личные интересы при этом преследует герой, какую сторону характера высвечивает тот или иной его поступок?

Происшедшее на свадьбе позволяет сделать следующие выводы: Казбич и Печорин хотят добиться Бэлы, один любит давно, другой влюблен в силу первого впечатления. Бэла влюблена с первого взгляда в Печорина; Азамат готов отдать родную сестру за лошадь Казбича. Ситуация накалена и предполагает конфликтный исход для удовлетворения желаний героев. Но пока Бэла находится под опекой родителей, Карагёз принадлежит Казбичу, а Печорин возвращается в крепость вместе с Максимом Максимычем. Можно отметить интересную деталь; на свадьбе находятся все главные участники событий, композиционно — свадьба является единственным местом, где они сведены воедино.

«— Никогда себе не прощу одного: черт меня дернул, приехав в крепость, пересказать Григорью Александровичу все, что я слышал, сидя за заборам; он посмеялся, — такой хитрый — а сам задумал кое-что».

Узнав со слов Максима Максимыча, что Азамат упрашивал Казбича отдать коня за сестру, Печорин организовывает заговор. Он проявляет пренебрежение ко всему, что может помешать ему в осуществлении его желаний. Ему безразлично, что верный Карагёз для Казбича дороже женщины, оружия, золота. Но, несмотря на это, можно найти оправдание Печорину — иного способа похитить Бэлу он не имел. Конечно, и в понятии Печорина лошадь много значит, но не столько, чтобы приносить в жертву любовь. Недаром он смеется над причудами горцев, ему смешно, что хорошая лошадь ценится выше красивой женщины, потому-то он с такой легкостью и прини-мается за интригу.

«Зашел разговор о лошадях, и Печорин начал расхваливать лошадь Казбича: уж такая-то она резвая, красивая, словно серна,

— Ну, просто, по его словам, этакой и в целом мире нет.

Засверкали глазенки у татарчонка, а Печорин, будто не замечает; я заговорю о другом, о том, а он, смотришь, тотчас собьет разговор на лошадь Казбича. Эта история продолжалась всякий раз, как приезжал Азамат. Недели три спустя стал я замечать, что Азамат бледнеет и сохнет, как бывает от любви в романах. Что за диво?

Вот видите, я уж после узнал всю эту штуку...».

Почему Печорин сразу не предложил сделку? Казалось бы, разговор Азамата с Казбичем дал понять, что он готов на все, Что же заставляет Печорина осторожно подготавливать отчаянного мальчишку к похищению? Распалить его воображение похвалами лошади Казбича? Вероятно то, что отдать сестру за «гяура» совсем иное, чем за своего горца-единоверца. Азамат должен опозорить не только честь сестры, но и предать мусульманскую веру — веру отцов и дедов. Он должен отдать Бэлу на поругание (а только так будет воспринят его поступок) иноверцам. А за это его ждет кара Аллаха. Вот почему в ответ на предложение Печорина Азамат молчит. В его душе, как в свое время в душе Казбича, идет борьба, но страсть к Карагёзу и самолюбие, небрежно задетое Печориным: «Я думал, что ты мужчина, а ты еще ребенок рано тебе ездить верхом...» — заставляют его согласиться на сделку.

«— Согласен, — прошептал Азамат, бледный как смерть. — Когда же?».

Смертельная бледность говорит о том, что Азамат бесповоротно решился похитить Бэлу.

«— Вечером Григорий Александрович вооружился и выехал из крепости: как они сладили это дело, ни знаю, — только ночью они оба возвратились, и часовой видел, что поперек седла Азамата лежала женщина, у которой руки и ноги были связаны, а голова закутана чадрой».

Существует мнение: Азамат совершил похищение по указанию Печорина — это справедливо, но за этим упускают существенную деталь: вместе с Азаматом в похищении принимал участие и сам Печорин. Это его первое решительное действие в романе, позволяющее говорить, что в Печорине воплощен решительный и авантюрный характер. Бэлу привезли в крепость связанной: значит Бэла далась нелегко и оказала сопротивление похитителям. Мог ли Азамат самостоятельно связать Бэлу, которая на год старше его? Мог, но при условии, что он оглушит сестру. Более вероятной кажется версия, что вместе с Азаматом в дом проник и Печорин, и помог связать сопротивлявшуюся Бэлу.

«На другой день утром рано приехал Казбич и пригнал десяток баранов на продажу. Привязав лошадь у забора, он вошел ко мне; я попотчевал его чаем, потому что хотя разбойник он, а все-таки был моим кунаком. Стали мы болтать о том, о сем…».

Откуда у Казбича бараны для продажи? Казбич не разводит овец. Он их ворует, угоняет, чтобы продать и выручить деньги. А разве красть хорошо? Воровство считается постыдным делом. Выходит, мы не правы, когда отнесли Казбича к положительным героям? И все-таки мы не отказываемся от нашей характеристики, и вот почему: о поступках человека можно судить только по законам и обычаям того народа, к которому он принадлежит.

«Воровство и хищничество играют важную роль в жизни горца. Современный черкес хочет подражать громким подвигам своих народных нартов (гигантов) и тле-хуп-хов (рыцарей), о хищничестве которых гласят ему народные предания и народные песни. Понятие о праве собственности хотя и существует, но оно имеет особенный характер, образовавшийся под влиянием горского быта, в котором все подчинено одной мысли — развить в народе отвагу и воинственность. Черкес готов жизнь отдать за свою собственность; к чужой же собственности не имеет никакого уважения и с опасением жизни, где может, готов себе присвоить чужое. Воровство и хищничество, последствия этого неуважения к праву собственности, считаются занятием почетным; они уважаются горцами, потому что питают воинственный дух народа и развивают в нем все качества, необходимые для того, чтобы сохранить его независимость… Для черкеса хищничество поныне есть единственное средство сделать себе состояние, вес и доброе ими» [Адаты кавказских горцев 1882: 169-170].

Казбич, угоняя баранов, поступает согласно горским традициям. В родном ему краю – он герой. Он защитник родного края. И поскольку эта традиция воровства считается нормой на Кавказе, осуждать Казбича за это нельзя.

Лермонтов еще раз напоминает читателю, что Максим Максимыч считает Казбича своим кунаком. Штабс-капитан оправдывается перед автором путевых заметок за то, что он так гостеприимно встречает «разбойника». Ему стыдно признаться, что он с удовольствием разговаривает с Казбичем. О чем говорили кунаки можно узнать в рассказе «Кавказец», с которым у Максима Максимыча есть много сходных черт: «Он готов целый день толковать с грязным узденем о дрянной лошади и ржавой винтовке и очень любит посвящать других в таинства азиатских обычаев» [Лермонтов 1990: 591].

Максим Максимыч и Казбич были хорошими приятелями; горец признавался ему в своей самой сокровенной мечте: желании посвататься к Бэле. Этот уровень дружеских отношений говорит о том, как несправедливо обошелся Максим Максимыч со своим кунаком не свадьбе. Не стоит сомневаться, что в аналогичных обстоятельствах Казбич выручил бы своего друга.

«…вдруг, смотрю, Казбич вздрогнул, переменился в лице – и к окну; но окно, к несчастью, выходило на задворье.

Что с тобой? – спросил я.

Моя лошадь!.. лошадь!…- сказал он, весь дрожа».

Казбич обладая чутким слухом и будучи готовым постоянно к опасностям, услышал, как кто-то пытается похитить его коня. Что именно привлекло Казбича сказать трудно. Может быть, тихое ржание коня или у него была связь с конем на подсознательном уровне, но Карагез передал свою тревогу ему.

«Точно, я услышал топот копыт: «Это, верно, какой-нибудь казак приехал…»

- Нет! Урус яман, яман! – заревел он и опрометью бросился вон, как дикий барс. В два прыжка он уж был на дворе; у ворот крепости часовой загородил ему путь ружьем; он перескочил через ружье и бросился бежать по дороге…». (курсив мой - Г. В.).

Казбич мгновенно оценивает ситуацию. Он уже не сомневается, что его Карагеза похищают. Слова о казаке, произнесенные Максимом Максимычем, становятся для горца указанием на его причастность к похищению коня. Поэтому он обвиняет Максима Максимыча, называя его «плохим русским». Теперь он не сомневается в кознях коменданта крепости, который, на его взгляд, отвлекает дружеской беседой во время чаепития. Подобное коварство Казбич не ожидал встретить от своего кунака. Он очень давно знал Максима Максимыча и доверял ему. Если бы этого доверия не было, то Казбич ни на секунду не расстался бы со своим конем. Лермонтов использует экспрессивную лексику, показывая реакцию Казбича. Он показывает дикую красоту своего героя, сравнивая его с барсом. Барс это одно из любимых животных Лермонтова. Схватку мальчика и барса он описывает в поэме «Мцыри». Стремительные прыжки из комнаты, через ружье часового, говорят о необычайной силе и ловкости горца. Описывая экстремальную ситуацию для Казбича, Лермонтов восхищается своим героем. Это восхищение он хочет передать и читателю. Это составляет имплицитное содержание автора, выраженное в подборе лексического материала.

Чутье не подвело Казбича - худшее его предположение сбылось - Карагез оказался похищенным.

«…на бегу Казбич выхватил из чехла ружье и выстрелил, с минуту он остался неподвижен, пока не убедился, что дал промах; потом завизжал, ударил ружье о камень, разбил его в дребезги, повалился на землю и зарыдал, как ребенок…». (курсив мой - Г. В.).

Мужественный горец рыдает, как ребенок. Лермонтов показывает, какое трепетное чувство любви было у Казбича к своему коню. Его описание полно сочувствия к горцу. Разве Лермонтов мог бы так описать злодея? Если злодей способен так страдать, то это уже не злодей. Читатель сопереживает вместе с Казбичем потерю коня.

Казбич попытался пулей остановить беглеца, но дал промах, потому что его цель была вне зоны реального поражения. Ружье становится для него предметом обвинения. Он разбивает ружье в дребезги. Оружие у горцев находилось в большом почете. У Казбича, скорее всего, было дорогое ружье. Но оно ничто по сравнению с его любимым конем. Когда Азамат предлагал лучшую винтовку, то не знал, что никакое оружие не могло сравниться в глазах Казбича с Карагезом.

Горе горца столь велико, что он всю ночь пролежал на дороге. Деньги, которые приказал положить рядом Максим Максимыч, он не тронул. Если бы для Казбича деньги играли значительную роль, он бы их взял, несмотря на свои переживания. То, что он этого не делает, говорит о его силе духа, о красоте характера. Достаточно вспомнить, как осуждающе относится к Азамату даже Максима Максимыча за его жадность к деньгам.

На следующий день Казбич узнал от часового, что Азамат похитил его Карагеза. «При этом имени глаза Казбича засверкали, и он отправился в аул, где жил отец Азамата».

Имплицитное содержание данного предложения позволяет сказать, что Казбич отправился разыскивать своего Карагеза, что он готов жестоко отомстить за нанесенную ему обиду.

«Надо вам сказать, что Казбич вообразил, будто Азамат с согласия отца украл у него лошадь, по крайней мере, я так полагаю. Вот он раз и дождался у дороги, версты три за аулом; старик возвращался из напрасных поисков за дочерью; уздени его отстали, - это было в сумерки, - он ехал задумчиво шагом, как друг Казбич, будто кошка, нырнул из-под куста, прыг сзади его на лошадь, ударом кинжала свалил его наземь, схватил поводья – и был таков; некоторые уздени все это видели с пригорка; они бросились догонять, только не догнали».

Казбич совершает свое нападение по всем правилам военного искусства. Он использует внезапность. Охрана князя не ожидала, что нападение произойдет у них на глазах. Казбич рискует. Силы не равны и, если он неправильно рассчитает действия, его убьют. Возможно, он не раз уже выслеживал князя, ожидая подходящего случая. Сумерки и некоторое отдаление узденей позволило ему успешно выполнить поставленную цель. Удар кинжала решил дело. Горец мстит за своего коня, мстит по законам гор.

«- Он вознаградил себя за потерю коня и отомстил, - сказал я, чтобы вызвать мнение моего собеседника».

Автор путевых заметок на стороне Казбича. Он предлагает Максиму Максимычу высказать свою точку зрения.

«Конечно, по-ихнему, - сказал штабс-капитан, - он был совершенно прав».

Максим Максимыч не просто разделил мнение своего собеседника, но проявил хорошее знание горских обычаев. Лермонтов словно предвидит, что «цивилизованный» читатель не поймет и осудит действия Казбича. Он употребляет слово «совершенно», чтобы исключить какое-либо другое толкование. В этом подборе лексического материала можно увидеть и собственную позицию Лермонтова.

Есть также и другое обстоятельство, которое оправдывает месть Казбича. На свадьбе Казбич подвергся нападению. И, конечно, после нападения вправе был нанести ответный удар. В чем была вина Казбича в событиях произошедших на свадьбе? В том, что не пожелал расстаться с собственным конем? В том, что его оболгал Азамат? Почему старый князь сразу стал на сторону своего сына, а не выслушал доводы Казбича? Ведь он мог остановить кровопроли-тие, но не сделал это.

Лермонтов тонко проводит мотивацию в действиях горца. Несмотря на случившийся конфликт, Казбич не высказывает желания отомстить, иначе он пал жертвой его мести намного раньше. Он понимает, что старого князя ввел в заблуждение сын. В этом есть справедливый взгляд Казбича на вещи. Есть, разумеется, и мотив, связанный с Бэлой. Так или иначе, лошадь стала последней каплей, после которой Казбич решает отомстить князю.

В основе движения сюжета повести лежит любовный конфликт. Развивая традиционный сюжет любви горянки и европейца, Лермонтов выдвигает новые нравственно-философские проблемы. Реальна ли любовь цивилизованного современника и дикой девушки, вырошей в других исторических условиях; может ли любовь сблизить столь разных то воспитанию людей? Может ли человек пойти на преступление ради своих страстей?

Печорин сумел с помощью заговора завладеть горянкой. Это его первое решительное действие в романе. Осуществление заговора позволяет характеризовать как умного, расчетливого, тонко разбирающегося в психологии человека. Пользуясь слабостями лю-дей, он может подчинять их. Максим Максимыч не догадывался о заговоре. Лермонтов подчеркивает, что Максим Максимыч ничего не знал о заговоре. Печорин знает, что его начальник не одобрит его действий.

«Как я только проведал, что черкешенка у Григория Александровича, то надел эполеты, шпагу и пошел к нему»

Максим Максимыч намерен строго наказать Печорина за проступок, который может повлечь недовольство начальства. Он замечает, что вторая комната заперта на замок.

«— Господин прапорщик, вы сделали проступок, за который я могу отвечать...»

Но простой по духу комендант не может быть долго строгим. Его показная начальственность рассыпается в прах, когда Митька приносит шпагу Печорина.

«Исполнив долг свой, сел к нему на кровать и сказал: «Послушай, Григорий Александрович, признайся, что нехорошо».

— Что нехорошо?

— Да то, что ты увез Бэлу... Уж эта мне бестия Азамат!.. Ну, признайся, — сказал я ему.

— Да когда она мне нравится?..»

Неоспоримость довода ставит штабс-капитана в тупик. Однако у него есть опасения, что отец Бэлы станет требовать вернуть её назад, в этом случае девушку необходимо будет возвратить. Вероятно, Максим Максимыч опасается, что в случае отказа князь поедет жаловаться начальству. Печорин и в этот раз рассеивает его сомнения — от кого он узнает о местонахождении Бэлы? Сам Азамат не признается; а Максим Максимыч князю ничего не окажет, несмотря на то, что он его кунак, так как часть вины за похищение уже лежит на нем, как на начальнике.

«Послушайте, Максим Максимыч! — сказал Печорин, приподнявшись: — ведь вы добрый человек, — а если отдадим дочь этому дикарю, он ее зарежет или продаст. Дело сделано, не надо только охотою портить; оставьте ее у меня, а у себя мою шпагу» (курсив мой - Г. В.).

Это рассуждение отражает понимание горского характера Печориным. Он считает, что честь девушки осквернена уже самим ее пребыванием у русских в крепости. Для отца, а он настоящий горец, — это несмываемый позор. Он готов будет убить дочь или продать. Как было бы на самом деле сказать трудно. Быть может, отцовские чувства стали бы выше позорного плена и адатов, и всё кончилось не так драматично, как представлял Печорин, но Максим Максимыч, соглашаясь оставить Бэлу в крепости, как бы подтверждает правоту его слов.

И вот пленница в крепости. Тайные мечты Бэлы осуществились. Печорин настойчиво пытался разжечь любовь в душе горянки, подавляемый религиозными догмами, целомудренной скромностью и гордым княжеским воспитанием.

«Разве ты любишь какого-нибудь чеченца? Если так, я тебя сейчас отпущу домой». Она вздрогнула едва приметно и покачала головой. «Или, — продолжал он, — я тебе совершенно ненавистен?» Она вздохнула. «Или твоя вера запрещает полюбить меня?»

Она побледнела и молчала. «Поверь мне, аллах для всех племен один и тот же, и если он мне позволяет любить тебя, отчего же запретит тебе платить мне взаимностью?» Она посмотрела ему пристально в лицо, как будто пораженная этой новой мыслию; в глазах ее выразились недоверчивость и желание убедиться. Что за глаза! они так и сверкали, будто два угля».

Печорин задаривает Бэлу подарками, но добивается от нее взаимности не ими: подарки, как справедливо отмечал Максим Максимыч, не имеют влияния на черкешенок: «У них свои правила; они иначе воспитаны», а мнимой решительностью. Он готов покинуть Бэлу, оставить ее хозяйкой его состояния, отпустить домой.

У Бэлы был выбор, но любовь оказалась сильнее долга, обычаев, привязанности к родному очагу, сильнее религиозных и национальных предрассудков. Она вверяет свою судьбу Печорину. Во время обольщения горской княжны Печорин ведет себя тонко и расчетливо, как и во время сделки с Азаматом. Он заранее предвидит возможный исход, поэтому решается на «последнее средство». Располагая Бэлу к себе подарками, признаваясь в любви, Печорин не сомневался, что для горянки настал переломный момент, и его показная готовность навсегда расстаться с ней должна сломить её гордость. И расчет Печорина оправдал себя.

Отношения Бэлы и Печорина предопределили ход повести. Любовь европейца к горянке оказалась невозможной. Белинский дает точную характеристику их отношений: «Итак, Печорин охладел к бедной Бэле, которая любила его еще больше... В числе причин скорого охлаждения Печорина к Бэле, не было ли причиною его и то, что для бессознательного, чисто естественного, хотя и глубокого чувства черкешенки Печорин был полным удовлетворением, далеко превосходящим самые дерзкие ее требования; тогда как дух Печорина не мог найти своего удовлетворения в естественной любви полудикого существа… Любовь Бэлы была для Печорина полным бокалом сладкого напитка, который он и выпил зараз, не оставив в нем ни капли; а душа его требовала не бокала, а океана, из которого можно ежеминутно черпать, не уменьшая его...» [Белинский 1978: 90-100].

А что бы случилось с Бэлой, если бы не трагическая развязка? По словам Максима Максимыча, Печорин рано или поздно покинул бы свою «джанечку». Какова бы была судьба брошенной и обманутой девушки? Мы не знаем, задумывался об этом Печорин, но не думать о дальнейшей судьбе Бэлы он не мог. Слишком тяжелую ответственность он взял на себя, похитив ее из родного аула. А между тем Бэла чахла день ото дня.

«... Она заметно начинала сохнуть, личико ее вытянулось, большие глаза потускнели. Бывало, спросишь: «О чем ты вздохнула, Бэла? Ты печальна?» — «Нет!» — «Тебе чего-нибудь хочется?» — «Нет!» — «Ты тоскуешь по родным?» — «У меня нет родных». Случалось, по целым дням, кроме «да» да «нет», от нее ничего больше не добьешься».

Охлаждение Печорина к Бэле меняет направление сюжета. Теперь ситуация определяется тем, что исход событий предполагает драматическую развязку. Максим Максимыч искренно желает счастья Печорину и Бэле. Но только ли этим мотивом начинает руководствоваться Максим Максимыч? Не использует ли он Бэлу для решения собственных проблем?

Однажды Максим Максимыч с Бэлой сидел на углу бастиона и наблюдал окружающий пейзаж.

«Вот смотрю: из леса выезжает кто-то на серой лошади, все ближе и ближе, и наконец остановился по ту сторону речки саженях во ста от нас и начал кружить лошадь свою, как бешеный. Что за притча!.. «Посмотри-ка, Бэла, - сказал я: - у тебя глаза молодые, что это за джигит: кого это он приехал тешить?..»

Джигитом оказался Казбич, который, по-видимому, продолжал поиски своего скакуна. Лермонтов употребляет слово «бешеный», чтобы подчеркнуть бурную реакцию Казбича. Вероятно, он узнал Максима Максимыча и Бэлу. Он понял, что Бэла находится в крепости и связал похищение своего Карагеза с нею и Максимом Максимычем. Теперь в представлении Казбича события вы-страиваются следующим образом: штабс-капитан отвлек его разговорами во время чаепития, чтобы состоялось похищение коня. Похитителем оказался Азамат, который и обменял сестру на лошадь. Теперь Казбич будет считать, что Максим Максимыч и Аза-мат составили заговор против него. Следовательно, он будет мстить.

«- Всматриваюсь, точно Казбич: его смуглая рожа, оборванный, грязный, как всегда.

- Это лошадь отца моего, сказала Бела, схватив меня за руку…» (курсив мой - Г. В.).

Теперь Максим Максимыч описывает Казбича в пренебрежительно-презрительных тонах. Он старается вызвать у слушателя отвращение. Конечно, горец мог быть грязным, потому что он занят бесконечными поисками своего коня. Лицо Казбича он называет «смуглой рожей». Употребление слова «рожа» трактуется словарем, как в трех значениях. Наиболее подходящее к данному контексту – употребление, как бранного слова. Максим Максимыч отрицательным описанием внешнего вида Казбича подготавливает автора путевых заметок к необходимости своих действий.

«- Подойди-ка сюда, - сказал я часовому, - осмотри ружье да ссади мне этого молодца, - получишь рубль серебром» (курсив мой - Г. В.).

Штабс-капитан говорит простым народным языком. Он, как бы, шутя, снижает подлинное значение совершаемого им действия. Смысл его слов заключается в приказе убить Казбича. Он совершает покушение на убийство, отдавая приказ своему подчиненному застрелить горца. Причем, меры по осуществлению задуманного он предпринимает самые серьезные. Максим Максимыч приказывает солдату осмотреть ружье. Дело в том, что ружья той эпохи не были совершенными и требовали пристального к себе внимания. Однако обращает на себя внимание сведущее замечание. Горцы делали постоянные вылазки против кордонов русских войск. От охраны требовались повышенные меры безопасности, так как от бдительности часовых часто зависела жизнь всего гарнизона. Поэтому солдат, заступавший на боевой пост, тщательно готовил свое оружие. Однако Максим Максимыч заставляет своего гренадера убедиться в исправности его ружья. Более того, чтобы заинтересовать солдата в конечном результате, Максим Максимыч готов пожертвовать рубль серебром, несмотря на свою скупость. Необходимости давать деньги не было. Солдат обязан был выполнить приказ начальника. Но Максим Максимыч хочет максимально мобилизовать солдата выполнить его приказ. Все это свидетельствует, насколько серьезны были намерения штабс-капитана уничтожить своего бывшего кунака.

Поставим вопрос - почему он это делает? В ответ, на какие действия Казбича последовала команда расстрелять горца? Может быть, он уже покушался на жизнь Максима Максимыча и это ответные меры? Нет, Казбич не покушался на жизнь штабс-капитана. Но, может быть, были угрозы, свидетельствующие о намерениях Казбича расправиться со своим бывшим кунаком? Нет, и угроз таких не было. Была только оценка Максима Максимыча как «плохого русского». Она естественно вытекала их тех событий, которые произошли в крепости. Но, и это важно, Казбич не угрожал убийством. Так какие же истинные мотивы заставили Максима Максимыча выстрелить в человека, который не нападал, который не угрожал, и который был его кунаком?

Штабс-капитан понял, что бешеная скачка Казбича – это его гнев. Теперь для него ясно, что он сам становится объектом мести, и что может быть убит, как был убит отец Бэлы. Он решил действовать на опережение.

Максим Максимыч заранее предполагает возможное намерение Казбича расправиться с ним в отместку за своего коня. Заслуживал ли Максим Максимыч мести со стороны Казбича? Нет. Потому что штабс-капитан не организовывал против него заговор. Однако обстоятельства похищения указывают на него. Максим Максимыч попадает в довольно сложную ситуацию: объяснить свою невиновность он не может. В этом случае он должен указать на истинного виновника похищения и подвергнуть смертельной опасности своего подчиненного. Штабс-капитан просчитывает возможные действия Казбича. И надо сказать просчитывает верно. Военный и человеческий опыт позволил ему точно проникнуть в душу горца. Максим Максимыч понял, что означает бешеное кружение лошади. То представление Казбича о его роли в похищение Карагеза стало понятно Максиму Максимычу. Теперь он старается опередить возможные действия Казбича. Он отдает приказ расстрелять горца.

Часовой оказался опытным солдатом, он оценил расстояние и постоянное перемещение Казбича на лошади и понял, что попасть в него будет крайне сложно.

«- Слушаю, ваше высокоблагородие; только он не стоит на месте…».

Здесь Максим Максимыч проявляет военную смекалку, он подсказывает своему гренадеру вступить в переговоры с горцем, чтобы остановить его на одном месте.

«- Прикажи! – сказал я смеясь…

- Эй, любезный! – закричал часовой махая ему рукой, - подожди маленько, что ты крутишься, как волчок?

Казбич остановился в самом деле и стал вслушиваться: верно, думал, что с ним заводят переговоры, - как не так!.. Мой гренадер приложился… бац!.. мимо, - только что порох на полке вспыхнул; Казбич толкнул лошадь, и она дала скачок в сторону».

Почему Казбич вступил в переговоры, когда к нему обратился солдат? Он еще надеется на порядочность Максима Максимыча. Он понимает, что Бэла в крепости. Она может стать предметом торга и за большую сумму ее можно будет выкупить у русских. Женщина – это товар у горцев. Бэла такой же товар в руках Максима Максимыча, как и бараны, которых он продавал русским. Поэтому он останавливает свою лошадь. Он, разумеется, не предполагал, что переговоры – это уловка.

Часовой понял, как ему надо действовать. Он заговорил с Казбичем, и тот остановился и стал слушать. Однако Казбич был опытным бойцом. Увидев, что на полке ружья вспыхнул порох перед выстрелом, он «толкнул» лошадь в сторону. Это его спасло от пули.

«Казбич толкнул лошадь в сторону, и она дала скачок в сторону. Он привстал на стременах, крикнул что-то по-своему, погрозил нагайкой – и был таков». (курсив мой - Г. В.).

Данный текст несет два уровня художественного подтекста. Прежде чем выявить смысл этого эпизода, необходимо определить расстояние между крепостью и Казбичем. Достаточно ли оно для переговоров? Достаточно, чтобы вести громким голосом переговоры. Солдату удается это сделать, несмотря на то, что Казбич скачет на лошади. Максим Максимыч также хорошо слышит, что горец ему «крикнул что-то по-своему». Штабс-капитан услышал обращенные к нему слова, но не сумел их понять, потому что смысл сказанного остался непонятым по причине непонимания чужого языка. Так можно интерпретировать слово «по-своему». По причине непонимания чужих слов Максиму Максимычу не удалось пересказать слушателю смысл сказанного. Догадаться или извлечь первый уровень имплицитного содержания не так уж трудно. Казбич грозит нагайкой и кричит в ответ на попытку его убить. Разумеется, его слова далеки от проявления симпатии к русским. Он, вероятно, кричит угрозу. Если он кричит, что отомстит Максиму Максимычу, то тогда штабс-капитан должен серьезно опасаться за свою жизнь. Эта угроза составляет актуальный смысл предпринятого горцем сообщения, подкрепленного действиями, – грозит нагайкой. Здесь также присутствует ситуация, когда Максим Максимыч не реализовал возможность узнать смысл сказанного Казбичем. Рядом Бэла, а она точно знает, что именно прокричал горец, так как является носителем того же языка. Штабс-капитан не случайно не обращается за разъяснениями к Бэле. Ему в этом не было необходимости. Он хорошо говорит на местном языке. Знание этого языка настолько великолепно, что самые тонкие смысловые выражения, наполненные образностью и поэтичностью, Максим Максимыч без труда пересказывает Печорину. Это перевод песни Бэлы. Рассказ Казбича о своем коне. Ссора Казбича и Азамата.

Казбич вероятно прокричал, что убьет Максима Максимыча за его вероломство. И его угроза обращена именно к штабс-капитану, а не к солдату. Он хорошо знает, что без приказа офицера солдат не выстрелил бы. Но почему штабс-капитан скрывает угрозу Казбича. Какие тайные мотивы заставляют его это сделать?

Штабс-капитан хочет утаить некие события. Штабс-капитан ведет свою скрытую линию поведения в истории Бэлы. Он хочет отвести от себя подозрения его виновности в трагической гибели Бэлы, от его роли во время погони, где он в аналогичной ситуации сделает вид, что не понимает слов горца.

После того, как Казбич скрылся, между солдатом и Максимом Максимычем происходит разговор по поводу неудачного выстрела. В нем солдат с народным юмором характеризует морально-волевые качества горцев.

«- Как тебе не стыдно! – сказал я часовому.

- Ваше высокоблагородие! умирать отправился, - отвечал он, - такой проклятый народ сразу не убьешь».

Максим Максимыч огорчен неудачей своего подчиненного. Однако он в тоне дружеской шутки упрекает солдата, так как знает, что его вины в промахе нет. Солдат, понимает, что не попал не по своей вине, но, также шутя, не хочет признать этого. Он как бы говорит, я то убил его, но народ-то живучий, сразу не умирает, а едет домой, чтобы там испустить дух. В этом можно видеть высокую оценку морального духа горцев как мужественных воинов, которые сражаются до последнего вздоха.

Вскоре в крепость возвращается Печорин. Штабс-капитан рассказывает ему о происшествии.

«- Помилуйте, - говорил я, - ведь вот сейчас тут был за речкою Казбич, и мы по нем стреляли; ну, долго ли вам на него наткнуться? Эти горцы народ мстительный: вы думаете, что он не догадывается, что вы частию помогли Азамату?» (курсив мой - Г. В.).

Если Казбич, появился у крепости, то Печорину, по мнению Максима Максимыча, постоянно выезжающему на охоту, легко наткнуться, встретить.

«Эти горцы народ мстительный: вы думаете, что он не догадывается, что вы частию помогли Азамату?»

Слова Максима Максимыча имеют смысл испугать Печорина, ограничить его выезды на охоту, его участившиеся отлучки от Бэлы, но они не отражают действительного положения вещей. От кого Казбич мог узнать о причастности Печорина к заговору? Азамат бесследно исчез в горах, контакты горцев с крепостью были прекращены. А вот самому Максиму Максимычу стоит опасаться своего бывшего кунака.

«— А я бьюсь об заклад, что нынче он узнал Бэлу. Я знаю, что год тому назад она ему больно нравилась, — он мне сам говорил,

— и если бы надеялся собрать порядочный калым, то верно бы посватался...» Тут Печорин задумался. «Да, — отвечал он, — надо быть осторожнее... Бэла, с нынешнего дня ты не должна более ходить на крепостной вал». (курсив мой - Г. В.).

О чем же задумался? Не о том ли, что Максим Максимыч невольно подсказал выход из тупика? Казбич страстно любит Бэлу. По значимости она занимает второе место после верного Карагёза. Но коня безвозвратно украли, а Бэла осталась единственным дорогим существом. И в этот момент, когда, Казбич узнал Бэлу, он, может быть, попытался бы похитить ее, не будь рядом Максима Максимыча. Можно предположить, что Печорин мог вступить в сговор с Казбичем для передачи ему Бэлы. Таким образом мы выдвигает гипотезу существования второго заговора. Эта ин-формация находится в подтексте, на нее есть только косвенные указания. Рассмотрим их.

«Вот раз уговаривает меня Печорин ехать с ним на кабана; я долго отнекивался: ну, что мне был за диковинка кабан! Однако ж утащил- таки он меня с собой». (курсив мой - Г. В.).

Печорин уводит Максима Максимыча на охоту, хотя вполне мог обойтись и без него. Печорину приходится долго уговаривать коменданта крепости, который не хотел идти.

«До десяти часов шныряли по камышам и по лесу, — нет зверя. «Эй; не воротиться ли? — говорил я: — к чему упрямиться? Уж, видно, такой задайся несчастный день. «Только Григорий Александрович, несмотря на зной и усталость, не хотел воротиться без добычи... Таков уж был человек: что задумает, подавай; видно, в детстве был маменькой избалован». (курсив мой - Г. В.).

Недалекий штабс-капитан полагает, что Печорин избалован в детстве, и этим объясняет упрямство Печорина в день охоты.

«Наконец в полдень отыскали проклятого кабана: паф!.. паф!.. не тут-то было: ушел в камыши... таков уж был несчастный; день!.. Вот мы, отдохнув маленько, отправились домой.

Мы ехали рядом, молча, распустив поводья, и были уж почти у самой крепости; только кустарник закрывал ее от нас. Вдруг выстрел... Мы взглянули друг на друга: нас поразило одинаковое подозрение... Опрометью поскакали мы на выстрел, — смотрим: на валу солдаты собрались в кучку и указывают в поле, а там летит стремглав всадник и держит что-то белое на седле. Григорий Александрович взвизгнул не хуже любого чеченца; ружье из чехла — и туда; я за ним».

Итак, около крепости охотники слышат выстрел. И Максим Максимыч, и Печорин догадались, что выстрел связан с Бэлой.

«К счастию, по причине неудачной охоты, наши кони не были измучены: они рвались из-под седла, и с каждым мгновением мы были все ближе и ближе... И наконец я узнал Казбича, только не мог разобрать, что такое он держал перед собою. Я тогда поравнялся с Печориным и кричу ему: «Это Казбич!» Он посмотрел на меня, кивнул головою и ударил коня плетью.

Вот наконец мы были уж от него на ружейный выстрел; измучена ли была у Казбича лошадь, или хуже наших, только, несмотря на все его старания, она не больно подавалась вперед. Я думаю, в эту минуту он вспомнил своего Карагёза...

Смотрю: Печорин на скаку приложился из ружья... «Не стреляйте! — кричу я ему: — берегите заряд; мы и так его догоним». Уж эта-молодежь! вечно некстати горячится... Но выстрел раздался, и пуля перебила заднюю ногу лошади; она сгоряча сделала еще прыжков десять, споткнулась и упала на колени Казбич соскочил, и тогда мы увидели, что он держал «а руках своих женщину, окутанную чадрою... Это была! Бэла... бедная Бэла! Он что-то нам закричал по-своему и занес над нею кинжал... Медлить было нечего: я выстрелил в свою очередь, наудачу; верно, пуля попала ему в плечо, потому что вдруг он опустил руку... Когда дым рассеялся, на земле лежала раненая лошадь, и возле нее Бэла; а Казбич, бросив ружье, по кустарникам, точно кошка, карабкался на утес; хотелось мне его снять оттуда, да не было заряда готового! Мы соскочили с лошадей и кинулись к Бэле. Бедняжка, она лежала неподвижно, и кровь лилась из раны ручьями. Такой злодей: хоть бы в сердце ударил, а то в спину... самый разбойничий удар! Она была без памяти». (курсив мой - Г. В.).

Аналитик Печорин во время погони по уровню мышления оказался ниже «недалекого» Максима Максимыча! Он даже не захотел прислушаться к совету капитана, а в результате неверно оценил выгодное положения. Где же логика Печорина? Где правда характера? Нелогичность поведения Печорина во время погони очевидна. Э. Герштейн дает эпизоду погони следующую оценку: «Таким образом, Печорин, захваченный азартом погони, стал виновником убийства Бэлы. Решающую роль в смерти черкешенки сыграл не случай и не судьба, а оплошность Печорина» [Герштейн 1978: 54]. (курсив мой - Г. В. В).

Неужели оплошность совершает тот самый Печорин, который наделен аналитическим умом, который, рассчитав действия Грушницкого, становится под его пистолет? Как же так получилось, что человек, умудренный военным опытом, у «деле» не раз бывавший, «некстати горячится» — стреляет раньше времени, хотя отлично видит, что лошадь Казбича скачет медленней, что стоит подождать лишь несколько мгновений и похититель будет наверняка схвачен или убит! Опытный боец в минуту опасности никогда не пойдет на безрассудный риск. Он выберет оптимальный вариант поведения, который должен привести его к успеху.

Попробуем истолковать «горячность» Печорина, но прежде чем дать объяснение «нелогичного» поведения героя, уточним одну существенную деталь — в кого стреляет Печорин: в спину Казбичу или в лошадь? Признать, что Печорин стреляет в спину настигаемого человека, значит низвести образ до героев злодейски-хищнического типа, коварных и глумливых, таких как Яго, Сальери, Швабрин. Если Печорин способен нанести «самый разбойничий удар». Это не соответствует характеру Печорина, привыкшего в открытом бою смотреть в глаза опасности. Значит, то обстоятельство, что пуля перебила ногу лошади, не случайно. Значит, Печорин специально стреляет в лошадь, чтобы прекратить дальнейшее бегство Казбича. Почему это рассуждение имеет важное значение? Потому что Печорин при искреннем желании спасти Бэлу, не должен был стрелять в лошадь, так как в его понимании дикарь-горец убьет женщину, но не допустит, чтобы она попала к русским, к врагу, к завоевателю: «... а если отдадим дочь этому дикарю, он ее зарежет или продаст». Эта установка на характер горца должна была предопределить действия Печорина. А если предположить, что выстрел раздался не случайно, что причиной его стала не «горячность», а трезвый расчет на то, что Казбич убьет Бэлу?..

Это вполне возможно: «Гибель героини от руки героя или по его вине —обычный исход всех типов любовных ситуаций у Лермонтова. [Лермонтовская энциклопедия 1981: 310]

Значит, Казбич стал орудием убийства в руках Печорина? Но тогда перед нами вырастает страшная фигура убийцы, жестокого, хладнокровного, готового ради удовлетворения своих желаний перейти роковую черту.

Это первый вариант поведения Печорина во время погони, объясняющий мотивы его выстрела. Существует и второй вариант, которому мы отдаем предпочтение. На наш взгляд, Лермонтов не остановился на удачно найденном сюжетном ходе. Писатель сумел найти ту переходную грань, где демоническое начало носителя зла, не переходит в сознательное провозглашение культа насилия. Роман «Герой нашего времени» стал для Лермонтова качественно новой ступенью и отвечал диалектике внутреннего развития — от романтизма к реализму.

Поведение Печорина в повести «Бэла» совпадает с традиционной схемой характера романтического злодея, отвечает романтическим исканиям в творчестве писателя. Однако Лермонтов ставит новые художественные задачи. Он создает произведение в русле психологического реализма.

Во время погони Печорин был поставлен в сложную ситуацию. С одной стороны, перед ним возможность избавиться от нелюбимой женщины, а с другой стороны, динамика погони шла к тому, что Бэла вернется обратно в крепость. Через несколько мгновений они настигнут похитителя и с двумя стрелками ему не совладать. Даже если Печорин прекратит погоню, Максим Максимыч заставит Казбича под страхом смерти отпустить Бэлу, а, скорее всего, убьет, чтобы раз и навсегда устранить опасность для «джанечки», да и для самого себя. Что делать? И вот тогда Печорин, благодаря своему незаурядному интеллекту и знанию человеческого характера, находит решение. Он стреляет в лошадь. Но не с целым убийства Казбичем Бэлы, как было предложено в первом варианте, а чтобы поставить горца в «затруднительное положение, как в свое время поставил Грушницкого. Он предугадывает поведение Казбича, который любит Бэлу, следовательно, будет пытаться спасти самое дорогое для себя существо, т. е. использует ее как заложницу.

«Он что-то нам закричал по-своему и занес над нею кинжал...» - Казбич своим криком и угрожающим жестам предупреждает преследователей, что убьет Бэлу, если погоня не прекратится, и его вместе с заложницей не отпустят. Вот на что, рассчитывал Печорин, стреляя в лошадь. Однако в это мгновение в план Печорина вмешивается Максим Максимыч. Он почему-то посчитал, что Казбич собирается зарезать Бэлу, и выстрелил. Казбич понял, что пощады ему не будет, что его условия отвергнуты.

В эпизоде погони Казбич использует Бэлу как заложницу, но вмешательство Максима Максимыча заставляет Казбича убить девушку. Оценивая действия Печорина во время погони, мы выдвинули два варианта его поведения. Так же однозначно нельзя толковать и поведение Максима Максимыча. Первый вариант: Максим Максимыч не понял грозного предупреждения Казбича, поэтому выстрелил. В этом случае он неосознанно способствует убийству. Если бы Максим Максимыч правильно среагировал на ситуацию — Бэла осталась бы живой. Однако это плохо согласуется с его реальным поведением во время погони.

Максим Максимыч предупреждает Печорина не стрелять раньше времени. Действительно, стрелять раньше времени неразумно и опасно, гораздо - лучше подождать, пока они вплотную не приблизятся к преследуемым, и тогда с близкого расстояния им не представит труда наверняка убить похитителя. Также важно и другое наблюдение – штабс-капитан очень хорошо владеет собой во время погони в отличие от Печорина, который якобы не пожелал «послушать» совета опытного штабс-капитана, выстрелил раньше времени. Пуля Печорина перебила заднюю ногу лошади, Казбич соскочил с нее, держа в руках «женщину, окутанную чадрой».

«Это была Бэла… бедная Бэла! Он что-то нам закричал по-своему и занес над нею кинжал… Медлить было нечего: я выстрелил, в свою очередь, наудачу; верно, пуля попала ему в плечо, потому что вдруг он опустил руку… Когда дым рассеялся, на земле лежала раненая лошадь и возле нее Бэла; а Казбич, бросив ружье, по кустарникам, точно кошка, карабкался на утес; хотелось мне его снять оттуда – да не было заряда готового». (курсив мой - Г. В.).

Максим Максимыч представляет ситуацию так, будто единственная возможность спасти Бэлу заключалась в его удачном выстреле. Это версия штабс-капитана. Однако если рассмотреть ситуацию погони более внимательно появляются другие возможности для спасения девушки. Но прежде необходимо ответить на следующий вопрос – должен ли был Максим Максимыч стрелять? Была ли у него реальная возможность попасть пулей в Казбича? Если исключать случайное попадание, то шансов поразить точно цель у Максима Максимыча было очень мало. Условия для выстрела были крайне сложные. Максим Максимыч должен был стрелять во время быстрой скачки, но не только это обстоятельство должно было заставить повременить его с выстрелом. Дело в том, что Максим Максимыч плохо видит. Именно эту деталь подчеркивает Лермонтов, когда пишет о просьбе Максима Максимыча на бастионе крепости: «- Посмотри-ка, Бэла, - сказал я, - у тебя глаза молодые, что за джигит: кого это он приехал тешить?..». (курсив мой - Г. В.).

Максим Максимыч знает о своем плохом зрении. Чтобы стрелять наверняка, ему необходимо подскакать поближе. Однако Максим Максимыч делает выстрел, мотивируя его тем, что это якобы была единственная возможность спасти Бэлу.

Теперь после «неудачного» выстрела Печорина жизнь Бэлы находится в его руках. У Максима Максимыча остался единственный выстрел. Он может убить похитителя и спасти от гибели горянку. Именно так представляет динамику погони Максим Максимыч автору путевых заметок. Данную ситуацию штабс-капитан оценивает, как критическую и считает, что необходимо предпринять решительные действия, чтобы попытаться спасти Бэлу. Но это мнение Максима Максимыча. Это он считает, что другого выхода нет. На самом деле выход был. Необходимо рассмотреть ситуацию не глазами Максима Максимыча, а объективного наблюдателя, то есть читателя. Рассмотрим действия Казбича. Он не стал сразу убивать Бэлу. Он не ударил ее кинжалом и не бросился убегать в горы. Он «что-то» прокричал своим преследователям. Что же именно? Предположим, что его обращение к преследователям состоит из двух противоположенных суждений.

Первое – он закричал, что убивает Бэлу, чтобы она не попала обратно к «гяурам».

Второе – он закричал, что убьет Бэлу, если погоня не прекратится. То есть он пытается использовать ее как заложницу. Это дает ему возможность самому спастись и увести дорогую его сердцу Бэлу.

В первом случае Максим Максимыч совершенно здраво рассуждает, что медлить было нельзя: только метко пущенная пуля в этом случае может спасти жизнь девушки.

А во втором случае преследователи должны были вступить в переговоры с похитителем, чтобы спасти жизнь Бэлы и тогда Казбичу пришлось бы ее отпустить в обмен на свободу или вместе с ней скрыться в горах.

В любом случае Бэла осталась бы живой. Ее жизнь была бы спасена, она бы не погибла под кинжалом Казбича.

Таким образом, действия Максима Максимыча носят уже преступный характер. Он не имел права рисковать жизнью девушки. Его действия стали причиной гибели горянки. Он несет прямую ответственность за ее гибель. Но может быть поступок Максима Максимыча можно расценить как преступную халатность, а не осознано выбранный путь действия? Может быть, действительно Максим Максимыч не понял действий Казбича, не оценил вероятность того, что его выстрел станет роковым в случае промаха. В этом случае необходимо признать, что старому воину изменила воинская выучка. Причем разница между «опытным» и «неопытным» Максимом Максимычем составляет несколько мгновений. Минуту назад он предупреждал Печорина не торопиться с выстрелом, как уже ранее говорилось, он реально и трезво рассчитывает ситуацию, а теперь «вдруг» сам не может реально и трезво оценить вновь сложившиеся обстоятельства. Он не понимает, что Казбич хочет вступить в переговоры, рассчитывая использовать девушку в качестве заложницы. Логика в действиях Казбича очевидна. Ему дорога Бэла, но она дорога и русским, по-этому и они не станут рисковать ее жизнью. Маловероятно, что опытнейший в боевых делах офицер не понял ультиматума горца. Это не соответствует его прошлому военному опыту.

Кроме того, существует прямое указание Лермонтова о сознательных действиях Максима Максимыча. После выстрела Печорина Казбич сообщает о своем ультиматуме.

«Он что-то нам закричал по-своему и занес над нею кинжал…»

Казбич в экспрессивной форме сообщил «нечто» своим преследователям, но что именно Максим Максимыч не понял, потому что он закричал «по-своему». Лермонтов второй раз создает ситуацию, когда штабс-капитан скрывает смысл сказанного Казбичем. Как в эпизоде появления Казбича у стен крепости, Максим Максимыч скрывает содержание обращения горца. Он обманывает, что не понял слов, потому что они были обращены к преследователям на родном Казбичу языке.

Что мог закричать и что скрыл Максим Максимыч? Это требование остановить погоню. Казбич угрожающим жестом и прямым обращением к преследователям требует прекратить преследование. В случае невыполнения его требования он грозится убить Бэлу. Ситуация получила ясное звучание.

Выстрел штабс-капитана становится не только бессмысленным, но и преступным. Преступным, потому что Казбич не собирался убивать дорогую его сердцу женщину, потому что пуля могла попасть в заложницу, потому что была очень маленькая вероятность попадания.

Если бы Лермонтов хотел оправдать действия Максима Максимыча, то он бы построил свое предложение без слова «нам». Предложение в этой интерпретации выглядело бы следующим образом: «Он что-то закричал по-своему и занес над нею кинжал…». В этом случае трудно уже определить, что именно закричал Казбич. Возможно, он требовал бы остановить погоню, а возможно крик означал решимость Казбича убить Бэлу. Тогда выстрел мог бы быть оправданным. Но писатель точно выстраивает фразу и точно формирует; ее смысл – Казбич предупреждает Максима Максимыча и Печорина, что убьет Бэлу, если погоня не прекратится. В этом случает в данных условиях для спасения жизни горянки, необходимо было бы согласиться с его условиями.

Весьма спорным представляется и попадание в горца. То обстоятельство, что Казбич опустил руку с кинжалом, Максим Максимыч связал с его точным попаданием в плечо. Однако если пуля попала в плечо, сильно ударить той же рукой невозможно. Гораздо легче перехватить другой рукой кинжал и ударить. Лермонтов не случайно употребил слово «плечо», а не рука. При попадании в руку можно было бы ударить кинжалом, но это невозможно было бы сделать, если пуля попадает в плечо, где находятся связки управляющие движением руки. При повреждении этих связок рука не действует. Кроме того, если бы пуля попала в плечо, то ее сила была бы очень разрушительна, ведь пуля была рассчитана на то, чтобы убить кабана. Возвращаются офицеры с охоты на кабана. Более вероятной представляется версия того, что Максим Максимыч дал промах. Именно это и позволило Казбичу быстро скрыться в горах. В случае ранения, это было бы для него затруднительно.

«Казбич, бросив ружье, по кустарникам, точно кошка, карабкался на утес».

Если бы Казбич был ранен, то он не был бы так ловок. Сравнивая его с кошкой. Лермонтов употребляет слово «карабкаться», точное толкование которого следующее: «Лезть вверх, цепляясь ногами и руками, хватаясь за что-либо» [Словарь русского языка 1945: т. 2. 31].

Версию точного попадания Максим Максимыч навязывает специально. Ему необходимо найти оправдания для своего действия. Он хочет увести автора путевых заметок от истинных причин его выстрела, которые вытекают из его отношений с Казбичем.

Максим Максимыч знает, какой поступок он совершил, он также знает, что его могут обвинить в гибели девушки, и, чтобы этого не произошло, тщательно маскирует свои действия. В свете его поступка неправдоподобно звучат слова, что он был ей как отец. Если бы Максим Максимыч истинно любил Бэлу как дочь, то он согласился бы отпустить ее с Казбичем, только лишь для того, чтобы спасти ей жизнь. Он этого не сделал, преследуя свои эгоистические интересы. Он несет ответственность за убийство Казбичем Бэлы. Это он спровоцировал горца совершить убийство. И он является истинным виновником свершившейся трагедии.

Считается, что Казбич осуществил жестокое действие – он зарезал Бэлу. Это вызвало антипатию к герою. Прямолинейный взгляд на действия Казбича привел к осуждению героя, при этом были совершенно забыты литературные традиции, которые объясняли и показывали трагические мотивы подобных действий. Одним из первых, кто понял необходимость действий Казбича, стал Ханмурзаев Г. Г. Он называет его трагическим злодеем. Здесь важно подчеркнуть, что трагедия Казбича рассматривается Хамурзаевым как рок, вынудивший горца поступить подобным образом.

Многие исследователи полагают, что убийство горянки – это дань кровной мести. Б. С. Виноградов совершенно справедливо отвергает эти утверждения: «Казбич – убийца Бэлы - назван Максимом Максимычем злодеем. Говорить, что убийство женщины – специфическая горская, кавказская форма расплаты за обиду, то есть видеть в этом особенности национального проявления характера горца, – значит, допускать искажение. Не правы исследователи, считающие Бэлу жертвой кровной мести. У кавказских горцев женщина находилась вне кровничества, и самосуд над ней считался тяжким преступлением. Казбичу, убившему князя, тем более после жестокой расправы над Бэлой, ничего не осталось делать, как только бежать, то есть стать абреком. Так он и поступил» [Виноградов 1966: 170].

В свою очередь Б. С. Виноградов выдвигает свое объяснение причин побудивших Казбича к убийству. Он полагает, что: «Казбич как бы осуществил мечты фанатического приверженца ислама…» [Виноградов 1966: 170]. Религиозность, рассматривавшаяся в нашей работе как положительная сторона горца, является, на взгляд исследователя, причиной жестокой расправы над горянкой. «Шариат строго запрещал брак с русским… С деспотических позиций шариата – она страшная преступница и великая грешница, которой нет прощения. Ей не место в раю… Бэла, нарушив догмы шариата, не колеблется в признании своей правоты. За это она убита Казбичем» [Виноградов 1963: 196-197].

Существует мнение, что Казбич мстит за кражу коня.

«Естественно согласуется с поступком Казбича и то, - пишет С. А. Андреев-Кривич, - что он хотел отомстить Печорину за его содействие Азамату в похищении Карагеза. Удар кинжалом в спину в тот момент, когда Казбич увидел, что похищение Бэлы не удалось, - поступок, вполне оправданный моралью Казбича» [Андреев Кривич 1954: 78].

Допустим, что каждая версия в отдельности является истинной: Казбич убивает из-за кровной мести, за измену мусульманской вере, мстит Печорину за потерю коня. Во всех случаях горец совершает убийство с целью мести. Возникает вопрос, зачем ему похищать Бэлу, если он осуществляет миссию мстителя? Что помешало Казбичу осуществить свою кровавую расправу прямо у ручья, где он врасплох застал Бэлу? Другой герой Лермонтова Хаджи Абрек убивает Лейлу дома, а не увозит в горы. Если бы Казбич хотел убить Бэлу за измену мусульманской вере, или из-за потери коня, или в отместку Печорину, то погоня бы не состоялась – тело Бэлы было бы найдено у ручья. Казбич любит Бэлу – это главная причина его похищения. «Да при том она ему давно нравилась», - говорит Максим Максимыч, объясняя причины похищения.

Но можно возразить, Казбич все-таки убивает Бэлу, и в этом можно увидеть необузданную жестокость, которая царит в среде горцев. В чем же, спрашивается, заключается трактовка образа Казбича как носителя лучших традиций горского кодекса чести? Да, он умеет держать мужское слово, он предан своему коню, он не поступает подло по отношению к Азамату, но он все это перечеркивает своим жестоким поступком. И, тем не менее, мы продолжаем утверждать, что Казбич является одним из лучших представителей горского общества, носителем его исконных цен-ностей. Именно, действуя по законам и обычаям гор, он убивает Бэлу, но не как фанатик, явившийся выразителем догм шариата, а как горец, на которого была возложена трагическая необходимость и обязанность сделать это. Чтобы понять поступок Казбича необходимо обратиться к истории горцев Северного Кавказа.

Находясь на перепутье запада и востока, Кавказ на протяжении многих веков подвергался набегам многочисленных врагов, которые убивали, грабили, насиловали, уводили в плен. Отдать женщину врагу – значит отдать ее на поругание. Горец не должен допускать пленения женщины, даже ценой ее жизни. Женщина должна погибнуть, но не достаться врагу – гласит закон гор. Кто были для Казбича преследователи? Они были его враги. Они обманули и предали его, из-за них он потерял своего любимого коня. Он не может отдать им женщину его народа. Как истинный сын гор он должен в безвыходной ситуации исполнить свой долг. Он пытается спасти Бэлу, но его условия отвергнуты, тогда он исполняет свою роковую обязанность.

Кроме того, поступок Казбича – это отражение горского взгляда на женщину, как на собственность. Женщина принадлежит мужчине, и он вправе поступать с ней, так как считает нужным. Он ее господин и он ее судья. Э. Герштейн видит в таких отношениях проявление эгоизма Казбича: «Когда у горца увели желанную девушку, он обошелся с ней как с любимой вещью или игрушкой: лучше ее сломать, чем уступить другому. Смертельно ранив Бэлу, сам он пустился на утек» [Гэрштейн 1978: 76]. Исследователь принижает личность Казбича, полагая, что он находится под влиянием эгоизма, но ведь и Отелло смотрит на Дездемону, как на вещь. Он также не желает уступать ее никому.

Между Казбичем и Отелло много общего. Оба героя обладают страшной гордостью, оба не хотят признать власти другого мужчины над любимой женщиной.

После потери коня самым дорогим существом для Казбича осталась Бэла. Он любит ее страстно, неистово, достаточно вспомнить, какими «огненными» глазами смотрит он на девушку во время свадьбы. Можно только догадываться, какой ураган пронесся в его душе, когда он занес кинжал над любимой женщиной.

«Любовь Бэлы поставила воспитавшее ее горское общество в лице Казбича во враждебное отношение к ней. В любви Бэла нашла свое единственное счастье. Погибла Бэла потому, что умела быть верной в любви» [Виноградов 1996: 170], - пишет Б. С. Виноградов. Горское общество не было в лице Казбича поставлено «во враждебное отношение» к горянке. Наоборот, Казбич хотел вернуть Бэлу в лоно родных гор. Он хотел, чтобы она стала его женой, такой же преданной и верной как его Карагез. Был ли Печорин единственным счастьем Бэлы? Вопрос очень сложный, возможно да, а возможно и нет. Казбич в отличие от Печорина может быть преданным в любви. Он никогда не разлюбил бы горянку, а в случае необходимости отдал бы жизнь за нее. Бэла истинная горянка, она любит горы. Ей внушали, что лучший мужчина это тот, кто станет на защиту своей родины, своего народа. Казбич отвечает ее представлениям об идеальном мужчине и рано или поздно она оценила бы его преданность и любовь. Возможно, она и не полюбила бы его, но стала верной женой горцу, подобно пушкинской Татьяне. Максим Максимыч, пытаясь создать негативное отношение слушателя, говорит: «Такой злодей: хоть бы в сердце ударил, а то в спину… самый разбойничий удар!» (курсив мой. - Г. В.).

Удар в спину, после которого Бэле удалось прожить два дня, не является «разбойничьим», как это утверждает Максим Максимыч. Хотя, действительно, удар в спину часто является предательским и даже закреплен как устойчивое выражение. В данной ситуации, в условиях быстро сменяющихся событий погони, не имело значения в какую именно часть тела нанести удар кинжалом. У Казбича не было времени на размышление, он поставил ультиматум преследователям, занеся над Бэлой кинжал. По-видимому, она в этот момент лежала к нему спиной. Если бы она была повернута боком или грудью, удар кинжала пришелся бы на эту часть тела.

Максим Максимыч, говоря «самый разбойничий удар», хочет очернить Казбича, показать, какой он хищник и злодей. Но как бы штабс-капитан не пытался принизить Казбича, горец остается по-настоящему благородным и мужественным человеком. Последнее упоминание о Казбиче в повести бросает прощальный блеск на эту героическую фигуру.

«- А не слыхали вы, что сделалось с Казбичем? – спросил я.

- С Казбичем? А, право, не знаю… Слышал я, что на правом фланге у шапсугов есть какой-то Казбич, удалец, который в красном бешмете разъезжает шажком под нашими выстрелами и превежливо раскланивается, когда пуля прожужжит близко; да вряд ли это тот самый!..»

Да, это не тот осторожный и выдержанный Казбич, который не станет проявлять чудеса безумной храбрости, и ходить в «красном бешмете», подставляя под пули свою голову. Казбич – это тип народного героя, который воплотил в себе лучшие черты своего народа: честность, преданность, любовь к свободе.

Рана Бэлы оказалась смертельной. Гарнизонный лекарь сообщил об этом Печорину и Максиму Максимычу. Однако до конца исполняя свой долг, он продолжал оказывать ей медицинскую помощь, и давал различные «микстуры». На удивленный вопрос Максима Максимыча, врач ответил значимые в контексте происшедших событий слова.

«Все-таки лучше, Максим Максимыч, - отвечал он, - чтобы совесть была спокойна». – Хороша совесть!»

Лекарь, даже сознавая бесполезность собственных усилий, хочет успокоить свою совесть. Он выполняет бесполезные для умирающей медицинские предписания, потому что не хочет оставлять ни малейшего сомнения. Его совесть будет спокойна. А совесть Максима Максимыча молчит. Он не считает себя виновным в гибели горянки.

Сцена, в которой умирает Бэла, является одной из самых трагических в романе «Герой нашего времени».

«Да, батюшка, видал я много, как люди умирают в гошпитолях и на поле сражения, только все это не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а, кажется, я ее любил, как отец… Ну, да бог ее простит!..» (курсив мой. - Г. В.).

Максим Максимыч искренне молится за душу Бэлы. Он желает ей отпущения грехов в царстве Божьем. В том, что Бэла ни разу не вспомнила перед смертью Максима Максимыча можно увидеть авторский подтекст. Лермонтов хочет подчеркнуть, что Максим Максимыч не заслужил добрых слов умирающей. С композиционной точки зрения этот эпизод не несет смысловой нагрузки. Он не прибавляет к действию дополнительного содержания, он является оправданным только с точки зрения авторского подтекста. Бэла в своем бреду видит Печорина, родные горы, брата, отца, но только не Максима Максимыча.

А Максим Максимыч обижается. Он искренне недоумевает, почему эта девушка не вспомнила о нем. Конечно, объективно она не знала все хитросплетения, которые произошли во время погони. И она, исходя из отношений, которые у нее складывались с Максимом Максимычем, должна была бы его вспомнить, ведь сколько раз он был единственным утешителем ее слез. Сколько он с ней носился, словно с малым ребенком. Говорить об эгоизме Бэлы было бы несправедливо, потому что она была наделена истинной добротой, недаром и Максим Максимыч или Печорин говорят, добрая Бела.

«Ночью она стала бредить; голова ее горела, по всему телу иногда пробегала дрожь лихорадки; она говорила несвязные речи об отце, арате: ей хотелось в горы, домой... Потом она также говорила о Печорине, давала ему разные нежные названия или упрекала его в том, что он разлюбил свою джанечку...

Он слушал ее молча, опустив голову сна руки; но только я во все время не заметил ни одной слезы на ресницах его: в самом ли де-ле он не мог плакать или владел собою — не знаю; что до меня, то я ничего жальче этого не видывал».

Печорин опустошен и холоден. Признания Бэлы не наполняют его состраданием. Он понимает: смерть Бэлы близко, и ждет конца как избавления. Сильный душевный порыв Балы, выразившийся в том, что она захотела стать христианкой, Печорин не поддержал. Он не хочет более соединяться с ней ни на земле, ни на небесах. И на смертном одре Бэла пытается проявить свою заботу о нем. Она старается уговорить Печорина идти отдыхать. Но как он может уйти от своего последнего долга?! В прощальном поцелуе, когда горянка дрожащими руками обвила Печорина, Бэла передала всю свою нежность, преданность, чистоту. Быть может, именно с этого предсмертного поцелуя началось перерождение Печорина.

«Нет, она хорошо сделала, что умерла! Ну, что бы с ней сталось бы, если б Григорий Александрович ее покинул? А это бы случилось, рано или поздно...»

Смерть горянки явилась лучшей развязкой: «Глубокое впечатление оставляет после себя «Бэла» вам грустно, но грусть ваша легка, светла в радостна; вы летите мечтою на могилу прекрасной, но эта могила не страшна: ее освещает солнце, омывает быстрый ручей, которого ропот, вместе с шелестом ветра в листах бузины и белой акации, говорит вам о чем-то таинственном и бесконечном, и над нею, в светлой вышине, летает и носится какое-то прекрасное видение с бледными ланитами, с выражением укора и прощения в черных очах, с грустною улыбкою...» [Беллинский 1978: 102].

Поведение Печорина во время агонии Бэлы говорит о том, что он сознательно ускорил ее конец. Это хорошо увязывается с предложенным ранее вариантом, что Печорин преднамеренно использовал Казбича для убийства Бэлы.

«После полудня она начала томиться жаждой. Мы отворили окна, — но на дворе было жарче, чем в комнате: поставили льду около кровати — ничего не помогало. Я знал, что это невыносимая жажда — признак приближения конца, и сказал это Печорину. Воды, воды!..» — говорила она хриплым голосом, приподнявшись с постели.

Он сделался бледен как полотно, схватил стакан, налил и подал ей. Я закрыл глаза руками и стал читать молитву, не помню какую... Да, батюшка, видал я много, как люди умирают в гошпиталях и на поле сражения, только это все не то, совсем не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а, кажется, я ее любил, как отец... Ну, да бог ее простит!.. И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?..

Только что она испила воды, как ей стало легче, а: минуты через три она скончалась». (курсив мой - Г. В.).

Лермонтов мастерски описывает эту важную сцену. На лице Печорина ясно отравилось внутреннее смятение — он впервые по-бледнел перед умирающей. Печорин сознает: даст воды — Бэла умрет. Он хватает стакан и подает Бэле. В «Маскараде» Арбенин дает своей жене яд в мороженом, при этом она замечает его бледность. Арбенин бледнеет от сознания совершаемого убийства.

Сразу после смерти Бэлы Максим Максимыч выводит Печорина на крепостной вал.

«Я вывел Печорина вон из комнаты, и мы пошли на крепостной вал; долго мы ходили взад и вперед рядом, не говоря ни слова, загнув руки на спин; его лицо ничего не выражало особенного, и мне стало досадно: я бы на ето месте умер с горя. Наконец он сел на землю, в тени, и начал что-то чертить палочкой на песке. Я, знаете, больше для приличия, хотел утешить его, начал говорить; он поднял голову и засмеялся... У меня мороз пробе жался по коже от этого смеха... Я пошел заказывать гроб». (курсив мой - Г. В.).

Реакционный критик С. Бурачек, пытаясь обезличить Печорина, вырвать из его души все человеческое, писал: «Бэла умерла, комендант плачет от глубины души, герой — хохочет» [Бурачек 1840: 212].

К. Н. Григорьян совершенно справедливо подчеркивает, что Бурачок не идет дальше внешней стороны смеха, не рассматривает причин, вызвавших его. Григорьян дает свою трактовку смеха Печорина. В смехе героя он видит «горькую усмешку». Иногда «возникают такие трагические ситуации, когда сочувствие даже близкого человека бывает неуместным, смешным» [Григорьян 1976: 270].

На самом деле Печорин равнодушен к смерти Бэлы в эту минуту. Пока они молча гуляют, Печорин анализирует. Если бы он был потрясен смертью девушки, то Лермонтов никогда бы не написал, что Печорин сел в тени. Для потрясенного горем человека не имеет никакого значения, сесть в тени или на солнце. Слово «в тени» без этого смыслового наполнения не нужно в тексте. Оно вставлено специально, чтобы показать психологическое равновесие и спокойствие Печорина. Смех был реакцией на нелепые соболезнования Максима Максимыча.

Чем еще мог ответить Печорин человеку, из-за которого в последний момент и была убита Бэла? Но можно представить, каким был этот смех, если у Максима Максимыча мороз по коже пробежал. Это был демонический смех человека, сознающего себя убийцей. И это нас возвращает к первому варианту поведения Печорина во время погони. Но и при втором варианте, Печорин отчетливо понял, что он способствовал гибели горянки. Он сознает себя также убийцей, он берет на себя вину и Казбича и Максима Максимыча.

Если прощальный поцелуй Бэлы был первым толчком, то этот страшный смех положил конец равнодушно-холодному существованию Печорина. Сознавая себя убийцей Бэлы, он сам начинает вершить суд над собой.

«Печорин был долго нездоров, исхудал, бедняжка, только никогда с этих пор мы не говорили о Бэле: я видел, что это ему будет неприятно, так зачем же?.. Месяца три спустя его назначили в е.. -й полк, и он уехал в Грузию». (курсив мой - Г. В.).

Болезнь, которая поразила Печорина, — это не вспыхнувшая вновь любовь, а муки совести и, вследствие этого, физическое расстройство.

«Не приходится сомневаться в том, что Печорин принадлежит к высшим натурам» с мощной я благородной душой». Обладая редкой способностью самоанализа, он умеет прямо и имело держать ответ перед своей совестью, осуждать свои слабости и заблуждения, чинить суровый суд наш самим собой» — пишет К. Н. Григорьян. [Григорьян 1976: 241]. Это абсолютно верное понимание душевного склада Печорина.

Мы думаем, что не только Бэла стала, источником глубокого раскаяния Печорина, но и ее погибший отец, и обкраденный Казбич.

А что же Максим Максимыч, который сознательно или бессознательно способствовал убийству горняки, как он чувствует себя? Он бодр, здоров и уверен в себе. Он не мучается сомнениями, не страдает от собственной вины, как Печорин. Штабс-капитан благополучен во всех отношениях.

Повесть «Бэла» заканчивается вопросом автор путевых заметок к читателю: «Сознайтесь, однако ж, что Максим Максимыч человек достойный уважения?.. Если вы сознаетесь в этом, то я вполне буду вознагражден за свой, может быть, слишком длинный рассказ» (курсив мой. - Г. В.).

Почему автор путевых заметок задает такой неожиданный вопрос? Почему читатель должен сознаваться в том, что Максим Максимыч является человеком достойным уважения? Разве Максим Максимыч не является добрым и порядочным человеком? Ирония, которая обнаруживается в данном контексте, не может правильно воспринята без понимания той роли, которую сыграл Максим Максимыч в повести «Бэла». Имплицитное содержание концовки повести содержит в себе не только ироническое отношение автора путевых заметок и самого Лермонтова, но и ответ на поставленный вопрос. Лермонтов считает, что Максим Максимыч не является человеком достойным уважения.

Ироническое отношение автора путевых заметок к капитану диссонирует с мнением исследователей, которые провозгласили образ Максима Максимыча идеалом доброты и человечности. Э. Герштейн находит неожиданным последний вывод автора [Гэрштейн 1978: 40].

Объяснить его «ложным концом» пытается Д. Е. Тамарченко: «С точки зрения сюжетного движения романа это обращение к читателю является «ложным концом», ведь Максим Максимыч изображается вне сюжетных рамок «Героя нашего времени». В сюжетном движении романа содержание первой повести составляет история Бэлы, а старый штабс-капитан является лишь ее рассказчиком. На самом деле Максим Максимыч является весьма значительным героем «Бэлы» [Тамарченко 1961: 88].

Исследователь делает ложный вывод, утверждая, что Максим Максимыч изображен вне сюжетных рамок романа «Герой нашего времени». Сюжетные рамки романа ограничены пятью повестями и одна из повестей полностью посвящена штабс-капитану и называется «Максим Максимыч». В повести «Бэла» он является рассказчиком истории, в которой изначально принял самое непосредственное участие. Без действий Максима Максимыча сюжетное развитие главных событий повести не состоялось бы. История «Бэлы» не могла случиться, если бы штабс-капитан не поехал на свадьбу к старому князю. Максим Максимыч один из главных участников событий и секрета в этом нет, поэтому ирония никак не может отражать позицию автора, что на самом деле Максим Максимыч является весьма значительным героем «Бэлы. Стремление объяснить непонятую исследователем позицию Лермонтова, которую он занял по отношению к своему герою, привело к ложному заключению о «ложном конце».

Лермонтов совсем не случайно просит «сознаться» в порядочности Максима Максимыча. Писатель, как его учитель профессор Перевощиков, хочет направить мысль читателя в нужное русло. Своим ироническим вопросом он хочет заставить читателя задуматься над поступками штабс-капитана. Конец повести «Бэла» играет важную роль для понимания отношения самого Лермонтова к Максиму Максимычу.

© 2000- NIV