Лермонтов - Поливанову Н. И., (7 июня 1831 г. Из Москвы в имение Поливанова)


5. Н. И. Поливанову

<7 июня 1831 г. Из Москвы в имение Поливанова>

Любезный друг, здравствуй!

Протяни руку и думай, что она встречает мою; я теперь сумасшедший совсем. Нас судьба разносит в разные стороны, как ветер листы осени. — Завтра свадьба твоей кузины Лужиной, на которой меня не будет (??); впрочем, мне теперь не до подробностей. — Черт возьми все свадебные пиры. — Нет, друг мой! мы с тобой не для света созданы; — я не могу тебе много писать: болен, расстроен, глаза каждую минуту мокры. — Source intarissable.1 — Много со мной было; прощай, напиши что-нибудь веселее. Что ты делаешь? — Про<щай, друг> мой.

М. Лермантов.

Сноски

1 Неиссякаемый источник! (Франц.) — Ред.

Примечания

  1. 5. Н. И. Поливанову (с. 362)

    Впервые опубликовано в «Русской старине», 1875, № 9, с. 59.

    Письмо представляет собой приписку, сделанную рукой Лермонтова на письме его друга Владимира Александровича Шеншина, которому посвящено стихотворение «К другу В. Ш.» (см. наст. изд., т. 1, с. 183, 564). В. А. Шеншин писал Н. И. Поливанову:

    Любезный друг. Первый мой тебе реприманд: зачем ты по-французски письмо написал, разве ты хотел придать более меланхолии [твоему письму, то] это было совсем некстати. Мне здесь очень душно, и только один Лермонтов, с которым я уже 5 дней не видался (он был в вашем соседстве у Ивановых), меня утешает своею беседою. Николай в деревне. Закревский избаловался. Других <два слова вымараны> я не вижу, — не полагая довольного удовольствия с ними быть в компании. Пиши к нам со всякой оказией, ты ничего не делаешь, да притом, верно, нам не откажешь в малом удовольствии нас повеселить твоими письмами,

    следуя параллельной системе, да, пожалоста, пиши поострее, кажется, у тебя мысли просвежились от деревенского воздуха. Твое нынешнее письмо доказывает, что ты силишься придать меланхолический оборот твоему характеру, но ты знаешь, что я откровенен, и потому прими мой совет, следуй Шпигельбергу <один из персонажей трагедии Шиллера «Разбойники»>, а не Лермонтову, которого ты безжалостно изувечил, подражая ему на французском языке. Adieu, guten Tag, vale, Fare thee well <прощай, добрый день, будь здоров, до свиданья — на французском, немецком, латинском и английском языках>. Прощай. Верный твой друг, хотя тебя и уверяет твой папенька, что мы пострелы, негодяи — но, пожалоста, не верь, впрочем, сам знаешь, — действуй по сердцу. В. Шеншин. Москва. 7-го июня 1831.

    Николай Иванович Поливанов (1814 — 1874), которому адресованы письмо Шеншина и приписка Лермонтова, — один из ближайших товарищей Лермонтова, впоследствии вместе с поэтом учился в Школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, где был известен под прозвищем «Лафа». К нему обращено стихотворение Лермонтова «Послушай! вспомни обо мне» (см. наст. изд., т. 1, с. 166, 562). Поливановы жили в Москве на Молчановке, рядом с домом, где жила с внуком Е. А. Арсеньева. Поливановы и Шеншины были в родстве с Лужиными. Семен Николаевич Шеншин (ум. в 1849 г.) был женат на Анне Дмитриевне Лужиной (ум. в 1862 г.). Их сын Николай (1813 — 1835) упоминается в письме В. А. Шеншина. О какой именно «кузине Лужиной» говорит Лермонтов, не установлено.

    Тяжелое состояние духа, на которое жалуется Лермонтов, связано с его увлечением Натальей Федоровной Ивановой (1813 — 1875), дочерью драматурга Федора Федоровича Иванова. Ей Лермонтов посвятил большой цикл стихов (скрыв ее имя под буквами «Н. Ф. И.»). В драме «Странный человек» Н. Ф. Иванова выведена под именем Натальи Федоровны Загорскиной. Слова Лермонтова о проклятье всем свадебным пирам, болезни и слезах вызваны тем, что Н. Ф. Иванова не ответила на его чувства. Позже она вышла замуж за Н. М. Обрескова (1802 — 1866). О Н. Ф. Ивановой см.: И. Андроников. Лермонтов. Исследования и находки, с. 124 — 152.

© 2000- NIV