Cлово "ШАМПАНСКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ШАМПАНСКОГО, ШАМПАНСКОЕ, ШАМПАНСКИМ, ШАМПАНСКОМУ, ШАМПАНСКОМ

Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 2.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 2. Размер: 12кб.
Часть текста: М., 1914, т. II, стр. VI. 2 Курсив Лермонтова. 3 О ритмическо-музыкальном строе лирики Лермонтова см. в моей книге: «Как работал Лермонтов», М., 1934, стр. 25—29, и в работе: «Академический Лермонтов и лермонтовская поэтика» («Труды и дни», 1916, тетр. VIII). 4 Эйхенбаум не приводит ни одного варианта к этому стихотворению (Лермонтов, т. I, стр. 519). Висковатов приводит их два; в тексте печатает: «Или поэт — или никто» (по «Библиотеке для чтения», 1855, № 1), в сноске дает вариант: «Иль гений мой или никто» (Сочинения М. Ю. Лермонтова, изд. Рихтера, М., 1891, т. I, стр. 218). 5 «Русское обозрение», 1890, кн. 8, стр. 737. 6 Указание на эти два издания в связи с песней «Что за пыль пылит», почитавшейся до того оригинальным произведением Лермонтова, впервые сделано Н. М. Мендельсоном в его статье «Народные мотивы в поэзии Лермонтова» (сборник «Венок Лермонтову», М., 1914, стр. 174—175). 7 Выдержки из кавказских изданий — из статьи К. Каминского в газете «Терек» (1911, № 3480) и из книги Г. А. Ткачева «Станица Червленная», вып. I, Владикавказ, 1912, см. в книге Л....
Входимость: 2. Размер: 49кб.
Часть текста: маркиз» Еще в 1948 г. в лермонтовском томе «Литературного наследства» была помещена публикация А. Н. Михайловой «Лермонтов и его родня по документам архива А. И. Философова». А. И. Философов, женатый на двоюродной тетке Лермонтова, как известно, был адъютантом великого князя Михаила Павловича, а с 1838 г. — воспитателем младших сыновей Николая I. Положение Философова при дворе позволяло бабушке Лермонтова надеяться на его заступничество при аресте внука за стихи на смерть Пушкина. Значительная часть публикации А. Н. Михайловой. посвящена переписке супругов Философовых по этому поводу. Однако из-за неизбежных в тематической публикации купюр в печать не попала одна существенная деталь из этой переписки. При обращении к подлиннику писем устанавливается пропущенная подробность об окружении Лермонтова. Перечтем выдержку из письма А. Г. Философовой, урожд. Столыпиной, напечатанную в «Литературном наследстве». Письмо написано 27 февраля 1837 г. и послано за границу как бы вдогонку недавно уехавшему туда мужу: «Это будет неделя отъездов и прощаний. Алексей уезжает на Кавказ, мы — за границу, Мишель Устинов — в Саратов, Атрешков-младший — в Киев, я тебе называю всех, чтобы ты угадал, кто еще отправляется, к несчастью, очень далеко и, полагаю, через две-три недели ... Это — Мишель Лермонтов. Уже три дня, как он переведен в армию и назначен в полк, который стоит в ста верстах от Тифлиса, за стихи, которые он сочинил и которые ты знаешь. Тетушка поистине в горестном положении. Эта история огорчила всех нас из-за нее, так как она очень жалка». 1 «Я тебе перечисляю всех», — пишет А. Г. Философова, имея в виду родственный круг Столыпиных и завсегдатаев этого дома. В публикации Михайловой раскрыты почти все фамилии названных лиц: Алексей — известный по биографии Лермонтова Столыпин-Монго; Михаил Устинов — шурин любимого дяди Лермонтова, Афанасия Алексеевича Столыпина; «тетушка» —...
Входимость: 2. Размер: 44кб.
Часть текста: Арнольди А. И. Из записок // М. Ю. Лермонтов в воспоминаниях современников. — М.: Худож. лит., 1989 . — С. 259—276. А. И. АРНОЛЬДИ ИЗ ЗАПИСОК 1. ЛЕРМОНТОВ В ЛЕЙБ-ГВАРДИИ ГРОДНЕНСКОМ ГУСАРСКОМ ПОЛКУ Семнадцатого августа 1837 года, темным вечером, после переправы на пароме чрез р. Волхов, на перекладной въехал я в 1-й Округ пахотных солдат Аракчеевского поселения 1 , где расположен был тогда лейб-гвардии Гродненский гусарский полк, принадлежавший к составу 2-й гвардейской кавалерийской дивизии и в котором я прослужил двадцать пять лет. Многочисленные огоньки в окнах больших каменных домов и черные силуэты огромнейшего манежа, гауптвахты с превысокой каланчой, большого плаца с бульваром, обсаженным липами, на первый раз и впотьмах очень живописно представились моему воображению, и я мнил, что вся моя будущая жизнь будет хоть и провинциальная, но городская. С светом все мои надежды рушились: я увидел себя в казармах, окруженного казармами, хотя, правду сказать, великолепными, так как на полуверстном квадратном пространстве полк имел все необходимое и даже роскошное для своего существования. Огромный манеж (в длину устанавливалось три эскадрона в развернутом фронте) занимал одну сторону плаца и был расположен своим длинным фасом к р. Волхову на полугоре, на которой к реке были полковые огороды. На противоположном фасе квадратного плаца тянулись пять офицерских флигелей, разделенных между собою садиками за...
Входимость: 2. Размер: 19кб.
Часть текста: Ссылаясь на устные рассказы бывшего редактора «Отечественных записок» А. А. Краевского и того же В. А. Соллогуба, П. А. Висковатов писал: «На маскарадах и балах Дворянского собрания, в то время только входивших в моду, присутствовали не только представители высшего общества, но часто и члены царской фамилии. В Дворянском собрании под новый 1840 год собралось блестящее общество. Особенное внимание обращали на себя две дамы, одна в голубом, другая в розовом домино. Это были две сестры, и хотя было известно, кто они такие, то все же уважали их инкогнито и окружали почтением. Они-то, вероятно, тоже заинтересованные молодым поэтом и пользуясь свободой маскарада, проходя мимо него, что-то сказали ему. Не подавая вида, что ему известно, кто задел его словом, дерзкий на язык Михаил Юрьевич не оставался в долгу. Он даже прошелся с пышными домино, смущенно поспешившими искать убежища. Выходка молодого офицера была для них совершенно неожиданной и казалась им до невероятия дерзновенною. Поведение Лермонтова, само по себе невинное, являлось нарушением этикета, но обратить на это внимание и придать значение оказалось неудобным. Это значило бы предать гласности то, что прошло незамеченным для большинства публики. Но когда в «Отечественных записках» появилось стихотворение «Первое января», многие выражения в нем показались непозволительными» 14 . Согласно этому рассказу, между маскарадной ночью и стихотворением «Как часто, пестрою толпою окружен ... » прошло всего две недели: стихотворение было напечатано уже в первой книге «Отечественных записок» 1840 года (цензурное разрешение 14 января). Возникает недоумение. Если новогодний инцидент был таким острым, как бы мог решиться Лермонтов отдать в журнал, а Краевский напечатать стихотворение с авторским посвящением «1-е января», в котором заключались такие строки: Когда касаются холодных рук моих С...
Входимость: 2. Размер: 45кб.
Часть текста: РАЕВСКИЙ РАССКАЗ О ДУЭЛИ ЛЕРМОНТОВА (В пересказе В. П. Желиховской) <...> Мы просили почтенного Николая Павловича Раевского, близко знавшего Лермонтова, рассказать, что он помнит о последних днях жизни поэта. И Николай Павлович рассказал так интересно, что мы слушали, боясь проронить слово. Николай Павлович Раевский, кажется, теперь единственный, близкий Михаилу Юрьевичу современник, который не только еще живет на свете, но и думает, и чувствует, и откликается своей, еще юной, душой на всякую живую мысль. Я думала попросить его самого записать свои воспоминания, но говорит, что теперь он уже больше «не грамотей», хотя в былые времена несколько лет сотрудничал в «Москвитянине». В помощь мне он принес только конспект своего рассказа, со всеми именами и числами, да план тогдашнего Пятигорска. Записываю его рассказ. Этому чуть не пятьдесят лет прошло. Пятигорск был не то, что теперь. Городишко был маленький, плохенький; каменных домов почти не было, улиц и половины тех, что теперь застроены, так же. Лестницы, что ведет к Елизаветинской галерее, и помину не было, а бульвар заканчивался полукругом, ходу с которого никуда не было и на котором стояла беседка, где влюбленным можно было приютиться хоть до рассвета. За Елизаветинской галереей, там, где теперь Калмыцкие ванны, была одна общая...

© 2000- NIV