Cлово "БУДУЩИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: БУДУЩЕЕ, БУДУЩЕМ, БУДУЩЕГО, БУДУЩИХ

Входимость: 15.
Входимость: 14.
Входимость: 11.
Входимость: 9.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 7.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 5.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 4.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 15. Размер: 73кб.
Часть текста: место Лермонтова в истории русской литературы, Герцен был близок Лермонтову по воспитанию, духовному складу, мироощущению. Эта близость передовых представителей одного поколения чувствуется во всех статьях Герцена, где так или иначе упоминается Лермонтов и где проницательный анализ лермонтовского мировоззрения и творчества порой неожиданно принимает форму психологического портрета. В труде «О развитии революционных идей в России» Герцен писал о Лермонтове: «К несчастью быть слишком проницательным у него присоединилось и другое — он смело высказывался о многом без всякой пощады и без прикрас. Существа слабые, задетые этим, никогда не прощают подобной искренности. О Лермонтове говорили как о балованном отпрыске аристократической семьи, как об одном из тех бездельников, которые погибают от скуки и пресыщения. Не хотели знать, сколько боролся этот человек, сколько выстрадал, прежде чем отважился выразить свои мысли. Люди гораздо снисходительней относятся к брани и ненависти, нежели к известной зрелости мысли, нежели к отчуждению, которое, не желая разделять ни их надежды, ни их тревоги, смеет открыто говорить об этом разрыве. Когда Лермонтов, вторично приговоренный к ссылке, уезжал из Петербурга на Кавказ, он чувствовал сильную усталость и говорил своим друзьям, что постарается как можно скорее найти смерть. Он сдержал...
Входимость: 14. Размер: 91кб.
Часть текста: в себе исполинские силы. Гениальность свою он воспринимал как избранничество. Уже мальчиком поэт считал, что он рожден для свершения великих дел, для славы родины, для блага народа. Художественное творчество он никогда не рассматривал как нечто самодовлеющее. Поэта с первых же написанных строчек увлекали гражданские цели. Он мечтал о роли поэта-пророка, о прямом историческом действии. Мысль о великой миссии, для которой он предназначен, сопровождалась у Лермонтова трагическими предчувствиями. Ему казалось, что он не успеет свершить задуманных дел, что его постигнет ранняя и насильственная смерть. Больше всего поэт боялся погрязнуть в ничтожестве, в среде пошлой посредственности. Он стремился к подвигам, к героическим деяниям, внутренно подготовившись заплатить за них, если нужно, головой. Произведения, в которых Лермонтов говорит о своей избраннической миссии, носят неясный характер. Они облечены в дымку таинственности. Мысли, выраженной в них, придан загадочный характер. Создается впечатление, что поэт заносил на бумагу думы о своем великом призвании в зашифрованном виде. У Лермонтова были свои заветные мысли, чувства, даже имена, которых он не хотел преждевременно раскрыть перед миром: Кто может, океан  угрюмый, Твои изведать тайны? кто Толпе мои расскажет думы? Я — или  бог — или  никто! (Т. I, стр. 350 1 .) Мысль об избранничестве проходит настойчиво через все творчество поэта. Перед исследователем встает заманчивая задача — проникнуть сквозь воздвигнутую поэтом таинственную ограду. Задача эта представляется осуществимой. При внимательном анализе за недомолвками и иносказаниями обнаруживаются контуры определенного круга идей, многократно взвешенных разумом и фантазией поэта. Еще в отрочестве Лермонтов заметил противоречие своих мечтаний с реальным порядком вещей. Он видел, что суровой ветер окружающей жизни легко развевал их легкую и нестройную...
Входимость: 11. Размер: 20кб.
Часть текста: творчества Лермонтова завершилась его гибелью. Это была борьба не на жизнь, а на смерть. Для теоретических исканий не было времени и места. Один из жанров был раздавлен жандармским сапогом. Неправильно также утверждение, что „на основе лермонтовской поэтики в драматической форме могла бы развиться только абстрактно-схематическая трагедия — нечто вроде первых пьес Леонида Андреева („Жизнь человека“, „Черные маски“) или Блока“ (Б. Эйхенбаум ). Пьесы Леонида Андреева были выражением его обреченности, его страха перед жизнью. Пьесы Лермонтова были выражением его страстной борьбы за жизнь. После смерти Тамары возникла борьба за обладание ее „грешной душою“ между „мрачным духом сомненья“ и „посланником неба“ — ангелом. В этой борьбе „судьба грядущего решалась“ („Демон“, XVI). После гибели Лермонтова возникла борьба за обладание его душой между реакционным романтизмом, отступающим в мистической панике перед жизнью, и революционным романтизмом, практически изменяющим мир. С 1911 г. упадочный, безвольный и ущербный дореволюционный театр начинает свою работу над „Маскарадом“ Лермонтова. 25 февраля 1917 г., в самый канун революции, Александринский театр ставит „Маскарад“. Этот спектакль был последней трагической вспышкой искусства старого порядка. Он был полон предчувствия неотвратимой катастрофы, был разрешен как пессимистическая трагедия...
Входимость: 9. Размер: 74кб.
Часть текста: — критика как более или менее непосредственный отклик на поэзию Лермонтова, как общая оценка этой поэзии. Лермонтоведение как отрасль литературной науки со специальными методами и темами исследования мы здесь рассматривать не будем. Не претендуем мы и на полноту обзора. Наша задача — наметить лишь главные направления в понимании и оценке Лермонтова, охарактеризовать борьбу за Лермонтова передовой критики. * * * Первые высказывания о Лермонтове интересны тем, что, не уясняя еще себе, за исключением Белинского, титанических размеров дарования молодого поэта, критики улавливают, правда, в весьма наивной форме, «отрицательное» направление нового таланта. «Оппозиция застоя», по меткому определению Аполлона Григорьева, — критика мракобесного «Маяка», сразу почувствовала в авторе «Героя нашего времени» одного из злейших своих врагов. Несравненно более умный и культурный, но также охранительный «Москвитянин» дал довольно обстоятельную статью Шевырева о романе Лермонтова 1 , в которой положил начало националистически-консервативному истолкованию Печорина. Образ Печорина с его громадными силами, растрачиваемыми впустую, с его жаждой достойной человека жизни, жаждой, неутолимой в окружающей его крепостнической действительности, с его враждебным «Москвитянину» европеизмом — все это не могло не насторожить апологетов официальной России. Статья Шевырева интересна тем, что в ней по существу высказаны все их аргументы. Сознавая, что брань была бы здесь бессильна, Шевырев пытается противопоставить свои принципы враждебным. Прежде всего, он не хочет объяснять пороки Печорина какими-либо причинами общественного порядка. Шевырев судит Печорина со всем педантизмом представителя официальной морали. Скука Печорина — следствие его дурной натуры:...
Входимость: 8. Размер: 50кб.
Часть текста: И « КРУЖОК ШЕСТНАДЦАТИ » Участие Лермонтова в «кружке шестнадцати» остается одним из наименее исследованных моментов его биографии. Литературные источники по этому вопросу не дают сведений ни о полном составе кружка, ни об его деятельности, ни об идеологической направленности. Еще в 1895 г. Н. Викторов в журнальной статье 1 утверждал, что, несмотря на частые упоминания об «аристократическом» кружке Лермонтова, история и идейное содержание «кружка шестнадцати» мало кому известны. Возможно, что данные о «кружке шестнадцати» передавались изустно по преданию или сохранялись еще в памяти живых людей. Но в литературу эти сведения не просочились. Те скудные и противоречивые данные о «кружке шестнадцати», которые мы находим в справочных изданиях 2 , не расширили представления об этом «обществе» и явно были заимствованы из одних и тех же источников. Таких первоисточников в литературе имеется всего два: это книга бывшего участника кружка Ксаверия Браницкого «Les nationalités slaves. Lettres au révérend P. Gagarin (s.-j.)», вышедшая в Париже в 1879 г., и письмо Ю. Ф. Самарина к кн. И. С. Гагарину, написанное в 1840 г., но ставшее известным, и то не полностью, лишь в 1894 г. 3 . Между этими двумя ...

© 2000- NIV